Бесконечное количество людей присылают мне свои книги, воспоминания, стихи. Я всегда и всем говорю: «Пишите, пишите!» Потому что писать – это большая благодать, в особенности – писать семейную историю. Как бывший генетик, я должна вам сказать, что половина меня – мама, половина – папа. Бабушки и дедушки в определенном количестве тоже присутствуют. Каждый из людей – текст. Сегодня он практически расшифрован, каждого из нас можно записать в виде последовательности генов и даже нуклеотидов. А ощущение «Это у меня – от папы, это – от мамы, а вот это – от дедушки» мне чрезвычайно важно, интересно и приятно. И я думаю, что мои дети это достаточно хорошо ощущают. И всем того желаю: безумно важно знать, откуда мы. Сегодняшний настойчивый патриотизм, переведенный в частную зону, в область твоей личной жизни, твоей семьи, дома, дерева, которое возле твоего дома, твоей школьной учительницы, твоего двора, – я считаю, это и есть любовь к родине. Когда физически ощущаешь, что ты весь «построен» из атомов и молекул того места, где ты живешь. Ты из этой земли произрастаешь! Мы едим этот огурец, который вырос на этой земле, и он в нас живет. Так что с памятью у меня такие отношения, я бы даже сказала, что углубляющиеся с годами, потому что эта тема меня совершенно не перестает занимать и волновать, я с этим постоянно не то что работаю – живу.
Про работу общества «Мемориал»
Общество «Мемориал» уже 20 лет проводит конкурс школьных сочинений по истории. Каждый год нам присылают около двух тысяч сочинений, обычно старшеклассники. Часто у них бывают руководители – преподаватели истории или других дисциплин в школе. И как правило, эти сочинения по истории связаны с тем местом, где авторы живут. Со всего бывшего Союза присылают тексты. Каждый год мы издаем внушительной толщины том избранных сочинений, потрясающее чтение. У нас есть один участник, его мать тоже писала сочинение на этот конкурс. Понимаете, уже поколение сменилось. Поскольку последние три года я – председатель жюри, то читаю много работ. Каждый раз, когда происходит заседание, обычно где-то в театре, приходят люди, стоят с красными знаменами, выкрикивают ругательства, иногда поливают зеленкой или еще чем. Так вот, эта история со школьными сочинениями сегодня безумно важна. Происходит то, что в древности называлось «инициация». Когда человек ставит перед собой вопросы: «Кто я? Откуда я? А что у меня позади?» – и начинает работать, причем среди всего написанного – абсолютно профессиональные исторические работы, их можно отдавать в авторитетные журналы! Дети работают в архивах, опрашивают своих бабушек и дедушек, восстанавливают историю, разыскивают письма где-то на чердаке. Это невероятные истории! Все письма – интересные. И когда нам, участникам этого проекта, предъявляют обвинения в том, что мы «искажаем историю» или пытаемся «отнять победу», это, конечно, выглядит ужасно глупо. Потому что так мы начинаем понимать, какой ценой заплачено за нашу сегодняшнюю очень хорошую жизнь. Сегодня Россия живет лучше, чем когда бы то ни было. За это высказывание меня тоже ругают. Молодое поколение не знает этого ощущения, «преодоления ‘‘железного занавеса’’, мы его преодолели. И поэтому наша память расширилась еще и за счет людей, которые там живут. Огромное количество людей эмигрировало: огромное количество семей, часть которых жила в России, а часть – во Франции или в Америке. Сейчас начинается объединение людей, которые были разобщены на два-три поколения, узнавание формы уха, формы носа – это физическое и психологическое сходство, все это дико интересно. По-видимому, мы все будем продолжать эту работу со школьными сочинениями, несмотря на огромное противодействие, которое встречаем. Причем я даже не могу понять его природу. Когда 15-16-летний человек «раскапывает» свою историю – он ведь таким образом оказывается в нее включен. Иным способом очень сложно включиться, а тогда она делается его историей. Когда дедушка оставляет бабушку и едет в Магнитогорск строить там что-то – это реальная история, и бабушка с дедушкой познакомились на целине, и рассказы о целине от сегодняшних ребят дико интересны.
О языке нового века.