Pioner Talks. 30 разговоров сегодня о том, что ждет нас завтра

Хомяк, как известно, за свою жизнь должен успеть три вещи: пожрать, поспать и сдохнуть. У человека примерно похожая ситуация – он должен посадить, вырастить и построить, и на это ему отводится, в принципе, не очень большое количество лет. Потому что эволюцией человек так «заточен»: пока он вступает в эпоху Голоцена[17], пока из скрюченного перейдет в прямоходящее состояние, глядишь – а на взрослую половозрелую и не совсем угасающую жизнь ему отводится лет пятнадцать–двадцать. Мы все привыкли к тому, что годам к сорока пяти мы должны все вышеперечисленное успеть, и все, на этом можно спокойно надевать белые тапочки и, в общем-то, лежать ровно. И так складывалось примерно до конца XX века – в силу уровня жизни, в силу большого количества войн, в силу того, что общество было под это заточено, и так далее. А потом Господь Бог, общественное развитие и прогресс сделали так, что к 45–50 годам вдруг выяснилось, что свою программу минимума или максимума человек выполнил, все, что мог, сделал, ячейку общества создал, довел ее до завершения, выпустил какое-то количество икринок в этот мир, обществу какие-то долги отдал… Он еще вроде и жив, и более-менее здоров, немножко зубов не хватает, кое-что обвисло, кое-что одряхлело, да, но при этом он чувствует себя не хуже, а иногда и выглядит лучше своего собственного ребенка! Но в глазах родного чада какой рухлядью был, такой и остался. И в глазах людей, с которыми он жил бок о бок 20–30 лет. Наконец-то может честно сказать: «Ты мне, жаба, всю жизнь испортила!» Но эта трагедия, которую мы, на самом деле, не очень понимаем и не очень осознаем, это мощнейший социальный переворот.

С одной стороны, все говорят про вторую молодость, которая наступает после 40, после 45, когда действительно трудно отличить 45-летнего человека от 27-летнего. Когда тяжко понять вообще: вот ты свою задачу перед миром выполнил, а чего дальше-то делать?

О российских женщинах.

Очень многие наши женщины живут ради семьи, они целиком себя, на 146 %, по кускам режут и отдают мужу, детям. Ничто другое их не интересует. И вот они когда по многу раз себя отдали, в фарш перемололи, чтобы было «помягче», и еще раз отдали, а потом – хоп! – выясняется, что они… отыграли. Ребенку они не интересны, потому что у того своя жизнь, муж тоже от всего этого устал, оказывается, он последние 5-10 лет на жену смотрит как на какую-то досадливую помеху, которая приготовит, носки постирает, ну и все, спасибо, дальше гуляй. И потом – раз! – и это все вдруг кончается, вся эта жизнь. Ради которой ты все эти 25 лет в браке жила. И что делать – совершенно непонятно. А ты думала, что еще молодая, ты думала, что у тебя еще вся жизнь впереди, а она, оказывается, позади.

О том, почему в России нет романов про госслужащих.