Победитель турок. Князь Василий Бебутов. 1791– 1858 гг.

Наступавшие в Прибалтике французские войска были остановлены на Двине. Но при этом они блокировали город Ригу. Двигаться дальше, не взяв крепость, было невозможно. В условиях, когда главный удар наносился на Москву, Макдональд мог выделить лишь 25 тысяч человек для наступления на Петербург, чего явно было недостаточно. Оставить в тылу свободным Рижский гарнизон он не мог, а чтобы его блокировать, у него не хватало сил. К тому же генерал Витгенштейн одержал победу над французами под Клястицами. Все это вынудило французское командование прекратить наступление на русскую столицу через Прибалтику, остановиться на реке Двине и перейти к обороне.

А в это время русская армия вела тяжелую борьбу с французами, продвигавшимися к Москве. Были ожесточенные сражения за Смоленск, на Бородинском поле, в ходе которых французская армия слабела, теряла свою боевую мощь, но продолжала наступать. Назначенный главнокомандующим русскими войсками М.И. Кутузов принял решение оставить Москву и подготовиться к контрнаступлению. Его тактика себя оправдала. Вскоре русские войска перешли в решительное наступление на московском направлении.

Активизировали свои действия и войска в Прибалтике. К наступлению против французов были подключены все наличные силы, в том числе и корпус под командованием генерала Паулуччи. Все окружающие увидели, как боевой генерал, который опасался, что его корпус останется в стороне и на его долю не останется лавров победителя, воспрянул духом.

Князь Бебутов, в качестве адъютанта маркиза Паулуччи, вместе с войсками корпуса активно участвовал в преследовании отступавших французских войск под командованием Макдональда от Риги к Мемелю.

Молодой офицер Бебутов, как и многие его товарищи по оружию, отличался горячностью и кавказским темпераментом рвался вперед, презирая опасность. Особенно отличился он в боях при занятии 15 декабря 1812 г. укрепленного города Мемеля. Французы упорно сопротивлялись, стараясь удержать важный для себя стратегический пункт и обезопасить левый фланг отступающей французской армии. Подъем в русских войсках, находившихся в Прибалтике, был очень высоким, свидетельствуя о том, что им так не хотелось отставать от тех, кто наступал от Москвы к западной границе. Сопротивление противника было сломлено, и город взят, а гарнизон сдался. В числе первых, кто ворвался в город, был и подпоручик Бебутов, который, доставляя приказ командующего, оказался в самой гуще боя.

В связи с падением Мемеля прусский корпус генерала Йорка был окружен и вынужден подписать конвенцию об отделении от французской армии. После этого Макдональд, оставшись с 5 тысячами человек, оказался неспособным дать сопротивление войскам генерала Витгенштейна. После взятия крепости на корпус посыпались милости императора.

За отличия в боях подпоручик Бебутов 9 января 1813 г. был награжден переводом в элитарный лейб-гвардии Семеновский полк с сохранением звания, что считалось очень высокой наградой. Дело в том, что зачисление в гвардию давало одно из важных преимуществ. Воинские звания в гвардии были выше, чем в армейских полках: в молодой гвардии на одно, в старой гвардии на два звания. Семеновский полк считался старой гвардией. Через три дня князь В.И. Бебутов получил орден Святой Анны 3-й степени. Это являлось в то время сугубо воинской наградой, так как знак ордена крепился на эфесе холодного оружия, которым награждали за личные боевые подвиги. Теперь он стал обладателем анненского оружия, что сразу отделяло его от чиновников и свидетельствовало о воинской награде.

После разгрома армии Наполеона император Александр I 25 декабря 1812 г. издал манифест, которым извещал россиян об изгнании врага с территории России и окончании Отечественной войны.

Своеобразной оценкой Александром I деятельности генерала маркиза Паулуччи на посту рижского военного губернатора явился указ от 31 декабря 1812 года: «Курляндские жители, во время пребывания неприятеля в пределах наших, не оказали никакой явной к нему приверженности, выключая немногих, вступивших в отправление поручаемых от него должностей, и то поневоле, устрашенные угрозами и насилием; почему повелеваем вам объявить одним из них наше благоволение, а другим всеобщее прощение, предавая проступок их забвению и запрещая впредь чинить какое-либо по делам сим притязание или изыскание».