Почему психоз не безумие. Рекомендации для специалистов, пациентов и их родных

Британский психоаналитик Уилфред Бион[28] описал это так: если тревожные мысли и болезненные эмоциональные переживания не могут быть интегрированы в плавный образ мышления, они не могут быть усвоены, а следовательно, не могут стать частью вашей психологической реальности. Однако это не значит, что они никак на вас не влияют. Напротив, необдуманные мысли и эмоции нарушают ход психической жизни и отравляют мыслительные процессы, что иногда приводит к тревожным психотическим симптомам⁵⁷.

Психотические переживания выражают субъективную правду

Типичные проблемы и темы, которые ставят человека перед фактом беспочвенности существования, повторяются в содержании психотических переживаний. Согласно Лакану, бред и галлюцинации аллюзивны, поскольку отражают темы, которые нарушают восприятие «Я» при передаче сообщений для Эго. То есть психотические переживания не просто затрагивают то, с чем борется человек. Психоз также подбрасывает пациенту фрагменты альтернативной идентичности, которые наводят на размышления, пусть даже в крайне дезорганизованном и гротескном виде⁵⁸.

Лично я наиболее отчетливо наблюдал это в случае с Марио. Диалоги, которые Марио вел во время галлюцинаций, имели эротическое содержание. Его воображаемой подругой была женщина, которая использовала вульгарные выражения и время от времени щипала его за соски. Другими словами, вторжения из внешнего мира в его сознание не были случайными и носили явную сексуальную направленность.

Я не был удивлен, поскольку интимная близость не была частью общения Марио с людьми. Во время многочисленных визитов к Марио и его родителям я почти физически ощущал, насколько болезненной для них была тема сексуальности. Я заметил, что ее обсуждение создавало атмосферу хаоса, которая буквально выгоняла отца из дома. Сексуальность для них была не просто важной частью жизни – это была проблема, которая приводила Марио в настоящее неистовство и пробивала брешь в «привычной» реальности, которую он разделял с заботливыми родителями. Галлюцинаторные переживания Марио указывали на то, что он был взрослым гетеросексуальным мужчиной, и он страдал из-за того, что в символической сфере, составляющей его внутренний мир, такие желания не осознавались. Марио как будто застыл в состоянии ребенка, отсюда и превращение страстных побуждений в навязчивые вторжения извне.

Точно так же и содержание бреда Шребера свидетельствует о трудностях, с которыми он сталкивался. В своей автобиографии Шребер описывает нервный срыв, который произошел после того, как его повысили до председателя Верховного суда. Это означало, что к пятидесяти с небольшим годам он внезапно стал самым высокопоставленным юристом в стране. В патриархальном обществе того времени это было сродни игре в Бога: он лично отвечал за претворение в жизнь закона и порядка. Но, скорее всего, он точно не знал, как правильно играть эту роль, и в его галлюцинациях этот жизненный вызов обрел разные облики.

В конце концов, закон и порядок – это именно те темы, которые всплывают в галлюцинациях Шребера, когда он противостоит Богу. Примечательно, что Шребер воспринимал верховное существо совершенно не так, как его представляют большинство тех, кто мнит себя Богом. Его Бог был порочен и пренебрегал всеми установленными правилами. Постоянно испытывая разум Шребера, божество устроило против него заговор и творило чудеса, чтобы сбить его с толку и ввести в заблуждение.

Если отвлечься от драматических деталей, то можно интерпретировать психотический мир Шребера как искаженное отражение реального мира, в котором он потерял рассудок. Божественные силы, о которых он рассказывает в своей книге, представляют из себя реальность без норм, где всё и вся противоречит установленным законам. Бог творит с ним случайные действия, которые подрывают как его собственную целостность, так и целостность мира. Как предполагает Лакан, единственным способом для Шребера восстановить порядок во Вселенной было пожертвовать частью своей личности и стремиться стать женой Бога.