Поймай удачу за хвост. Почему у вас больше шансов выжить в авиакатастрофе, чем выиграть в лотерею

Возможно, вы догадываетесь, что обнаружил Пфунгст. Конь начинал угадывать ответы абсолютно случайно, если не видел спрашивающих людей. Он понял, что, когда стучит по земле копытом, ему дают хлеб и морковку, поэтому продолжал стучать, когда просили. Но при этом, не видя человека, делал это случайным образом. Если человек в комнате не знал ответ, его не знал и Ганс. Он научился распознавать сигналы, чтобы получить награду, но не решал уравнения и не выражал музыкальные предпочтения. Фон Остин был в ярости и настаивал, что не подсказывал, и множество людей, кто приходил на выступления в прошлом, его поддержали. На самом деле сами Пфунгст и Штумпф были озадачены. Каким бы ни был сигнал, он казался неочевидным.

Чтобы понять происходящее, Пфунгст провел ряд наблюдений за поведением фон Остина, когда тот задавал Гансу вопросы. Наконец, ему удалось описать то, что стало известно в психологии как «эффект Ганса». Ученый заметил у дрессировщика крошечные, практически незаметные движения головы, напряжение мышц тела, быстрые взгляды на конкретный объект, поднятую бровь или расширение глаз, которые совпадали во времени с тем, как Ганс приближался к верному количеству ударов. Движения были настолько мелкими, что даже сам человек, совершающий их, не осознавал. Поэтому, раз сам дрессировщик не контролировал сигналы, он не мог перестать их подавать.

Затем Пфунгст провел еще один эксперимент: научился задавать вопросы Гансу. Даже зная, что не должен подсказывать, он невольно совершал все те же движения, когда конь приближался к верному ответу. Собственные ожидания ученого влияли на его поведение раз за разом, и он был не в силах как-либо это изменить. Сигналы, которые публика в комнате подавала лошади, были бессознательными и невольными. Конь просто оказался достаточно умным, чтобы их воспринимать. Если вы когда-либо принимали участие в психологическом эксперименте и задавались вопросом, почему исследователь не сидит в одной комнате с вами, дело в Умном Гансе. Экспериментатор хочет, чтобы на ваше поведение не влияли его ожидания.

Сила ожиданий

В психологии есть определение обучения: это относительно постоянная перемена в поведении, происходящая благодаря опыту. В процессе обучения, скажем, соединять событие А с результатом Б вы учитесь посредством ожидания. Так происходило с Гансом. Стук копытом был связан с получением еды, которая ему нравилась. Если убрать из уравнения еду, выученное поведение снова изменится. Теперь вы с Гансом выучили другое ожидание: в этот раз поведение не связано с едой. Психологи описали бы это следующим образом. Отсутствие подкрепления поведения (еды) повлекло за собой отсутствие самого поведения (стука копытом).

Иначе говоря, любое поведение меняется в связи с теми ожиданиями, которые мы приобретаем посредством нового опыта.

Не только люди ждут чего-то конкретного: Ганс точно так же ожидал, что, если постучать копытом, его покормят любимой едой.

Помимо этого, ученые понимают: наши ожидания от будущего могут влиять и постоянно влияют на поведение и наше, и других людей. Для примера рассмотрим один из старейших вопросов психологии: природа или воспитание (биогенез или социогенез). Являются ли конкретные способности или поведенческие особенности следствием нашей природы (самой биологии), или это влияние окружающей среды (обучения)? Пытаясь ответить, Роберт Трайон обучил крыс бегать по лабиринту за вознаграждение[234]. Затем скрещивал тех, которые делали меньше всего ошибок при прохождении лабиринта, чтобы вырастить «умных» грызунов (в плане прохождения лабиринтов), а также тех, кто ошибался чаще, чтобы вывести «глупых». Спустя несколько поколений такой селекции Трайон заявил, что природа (а именно генетика) больше всего влияет на поведение этих животных. «Умные» проходили лабиринт со значительно меньшим количеством ошибок, чем «глупые», так как генетика повлияла на их мозг, а следовательно, на способность думать.

Однако исследователь из Гарвардского университета заметил, что Трайон допустил ошибку в разработке эксперимента, и, возможно, она повлияла на результаты сильнее, чем селекция или генетика. Проблема в том, что испытатели, запускавшие крыс в лабиринт, знали, какие были «умными», а какие – «глупыми». Эффект Ганса предполагает, что ожидания могли незаметно для них самих влиять на интерпретацию данных так, чтобы искажать результаты в пользу «умных» грызунов. В конце концов, именно люди определяли, что такое «ошибка» и сколько их допустила конкретная крыса.