Походы русских войск при Иване III

Присутствие Сатылгана, близкого родственника Менгли, имело и политическое, и чисто военное значение. Не менее важно и участие казанского вспомогательного отряда — недавно посаженный на казанский стол Мухаммед-Эмин демонстрировал свою верность.

Участие в походе служилых людей из русских княжеств, сохранявших ту или иную степень самостоятельности, свидетельствует о том, что старая военная система, основанная на военном союзе князей, продолжает функционировать. Нарушение принципа этой системы князем Андреем Углицким повлекло за собой взятие его под стражу по обвинению в государственной измене.[718]

На южном направлении складывается принципиально новая стратегическая обстановка — инициатива переходит в руки России и ее союзников, и ведутся наступательные операции против остатков империи Ахмата.

Несмотря на отсутствие непосредственного соприкосновения с противником, летний поход 1491 г. не может игнорироваться в общем контексте русской военной истории. Это первый поход служилого ополчения в глубь Дикого Поля, первый опыт коалиционной войны на южном направлении, первое материальное проявление союза с Крымом.

Однако успешный поход 1491 г. не мог, разумеется, привести к серьезным стратегическим результатам. Остатки Ахматовой орды продолжали существовать как потенциальная угроза южному рубежу Российского государства.

Под 1492 г. великокняжеская летопись отмечает: «Месяца Июня в 10 приходили татарове ординские казаки. В головах приходил Темешом зовут, а с ним 200 и 20 казаков, в Алексин на волость на Вошань, и, пограбив, поидоша назад. И прииде погоня великого князя за ними, Федор Колтовской да Горяин Сидоров, а всех их 60 человек да 4. И учинился им бой в Поле промеж Трудов и Быстрые Сосны. И убиша погони великого князя 40 человек, а татар на том бою убили 60 человек, а иныии идучи Татарове в Орду ранены на пути изомроша».[719]

В РК-98 об этом ничего нет, а РК-05 содержит известие: «… приходили Татарове на украину на олексинские места и воевали по Вошане реки. И ходили за ними в погоню Федор Колтовской да Горяин Сидоров. И был им бой на Прудах, и побили Татарове».[720]

Разрядная запись и летописное известие очень близки друг другу — они содержат те же реалии. Летописная заметка основана, очевидно, на каких-то документальных источниках — скорее всего, на не дошедшей до вас более полной разрядной записи или на донесении великокняжеских воевод.

Но суть событий ясна. На южной окраине сохраняется напряженное положение, и успешные походы русских войск в степь перемежаются с нечаянными нападениями ордынских князей. На южном рубеже несется постоянная конная служба — только в этом случае могла быть возможна погоня за казаками далеко в степь. Южное направление остается одним из очагов напряженности на рубежах России и одним из важных факторов стратегической обстановки.

Литовская война 1492–1493 гг.

Война 1492–1493 гг. с Литвой рассматривается обычно почти исключительно в политическом аспекте, точнее — с точки зрения проблемы порубежных «верховских» княжеств.[721] Военные историки не проявляли интереса к кампаниям 1492–1493 гг. Так, Б. А. Разин уделил ей всего несколько строк.[722] Новейший исследователь В. А. Волков ограничивается кратким рассказом о событиях, отмечая тщательность подготовки и большие результаты этой, по его выражению, «хитрой» войны.[723]

Основными источниками о войне 1492–1493 гг. являются летописи, разрядные записи и посольские книги.

Великокняжеские летописи содержат официальную информацию о событиях.[724]

Разрядные записи (РЗ), дошедшие в составе разрядных книг 1598 и 1605 гг.,[725] отличаются за эти годы довольно большой подробностью и позволяют в какой-то мере проследить намерения русского верховного главнокомандования (ВГК).

Посольские книги содержат дипломатическую переписку с королем Казимиром, великим князем Александром[726] и крымским «царем» Менгли-Гиреем,[727] имеющую непосредственное отношение к военным событиям.

Великое княжество Московское впервые лицом к лицу столкнулось с мощной Литовской державой при Дмитрии Донском. Активно вмешиваясь в отношения между русскими князьями и, в частности, поддерживая Тверь против Москвы, Ольгерд совершил три похода на Москву, в отдельных случаях достигал некоторых успехов тактического масштаба, но стратегического результата не добился.

Второй этап московско-литовского противостояния приходится на время Витовта. Он завладел Смоленском и напал на Псков. Великий князь Василий Дмитриевич выступил против него со своими войсками. «Стояние на Угре» осенью 1408 г. закончилось мирными переговорами.

Наибольшие успехи литовской экспансии отразились в договорах 1449 г. между королем Казимиром, великим князем Василием Васильевичем и великим князем Борисом Тверским. Согласно этим договорам, Тверь попадала фактически под протекторат великого княжества Литовского.[728]