Полоцкая война. Очерки истории русско-литовского противостояния времен Ивана Грозного. 1562-1570

Непрерывная бомбардировка, невозможность потушить многочисленные пожары и исправить нанесенные огнем русского наряда разрушения, растущие потери гарнизона, а тут еще и подожженная в нескольких местах стрельцами замковая стена – все произвело на Довойну и его «штаб» гнетущее впечатление. В том, что штурм вот-вот начнется, в этом в Полоцке к утру 15 февраля мало кто сомневался, и что отразить его не получится – тоже. Обещанная же помощь не появилась.

Выбор у Довойны и его людей был небогатый – или погибнуть, или капитулировать, не дожидаясь приступа. И вот незадолго до рассвета (согласно летописной повести, «часа за два до света», т. е. в 5-м часу утра) 15 февраля к Ивану прислали воеводы князья Василий Серебряный и Михайло Репнин сына боярского Шарапа Федцова с вестью, «что з города кличют и владыка и воевода Полотцской Довойна город государю здают, да и знамя городцкое з города здали; а то знамя прислали воеводы ко государю с Ываном с Ко был иным»⁴⁰².

В русском лагере тем временем шли последние приготовления к штурму. Воины «клали» на себя доспехи и занимали отведенные для атаки исходные позиции, ожидая сигнала к началу штурма. Сам Иван, отдав приказ епископу Коломенскому «со всем собором» «во церкви молебная совершити и просити милости у Спаса и у пречистые Богородицы и у великих чюдотворцев», «учал наряжатися и полку своему повеле к стану збиратися»⁴⁰³. Получив весть о готовности полочан сдаться и знак серьезности их намерений – то самое знамя, Иван отправил к воеводам Ивана Черемисинова разузнать, что и как. Воеводам же он приказал, чтобы они передали Довойне и полоцкому владыке Арсению – пускай явятся к воеводам с челобитьем, а уж воеводы передадут его царю. От себя же Иван «под город послали своего полку голов для береженья князя Петра Щепина Оболенского и иных многих голов и дворян. А во все полки послал, чтоб во всех полкех стояли на конех наготове, а своему полку велел стати против города блиско своего» в готовности начать штурм⁴⁰⁴.

В напряженном ожидании прошел еще час, и по прошествии этого времени в царскую «ставку» прискакал Иван Черемисинов с новым известием – полоцкий владыка Арсений со всем собором и с крестами вышел из замка, «а просят у государя милости». Иван отослал Черемисинова обратно с требованием передать Арсению: «Толко не выйдет из города воевода Довойно, и стрелба в город не престанет»⁴⁰⁵. Минул еще час, и с рассветом к царю прискакал от воевод сын боярский Василий Измайлов, доставивший долгожданную весть – «полотцской воевода Довойно и Станислав Станиславович и дворяне королевские и шляхта вышли к бояром и к воеводам, ко князю Василию Семеновичю Серебреному да ко князю Михаилу Петровичю Репнину, из города вышли и со владыкою же вместе просят у государя милости»⁴⁰⁶. Если верить М. Стрыйковскому, то решение Довойны капитулировать было в штыки принято польским ротмистром В. Вершлинским и частью (?) полоцкой шляхты (во главе с Я. Глебовичем?)⁴⁰⁷, и этот час ушел у Довойны и Арсения на то, чтобы уговорить их сложить оружие и не доводить дело до кровопролития. Конфликт внутри полоцкой элиты был улажен, и после этого представительная полоцкая делегация, перебравшись через завалы, явилась к русским позициям, где их уже ждали воеводы. Они объявили Довойне, Арсению и «полотцким лутчим людям», что государь готов их принять в своем большом шатре. В сопровождении Ивана Черемисинова полоцкая делегация отправилась в расположение Государева полка.

Явившись ранним утром 15 февраля («в час дни»), Довойна, Арсений и сопровождавшие их Я. Глебович и другие «лутчие полотцкие люди» били челом царским дворовым воеводам, чтобы те сообщили Ивану о готовности полочан капитулировать. И еще они били челом, чтобы «государь им дал очи свои видети, а людем бы пожаловал, милость показал: которые похотят ему, государю, служити, те бы ему, государю, служили; а которые люди похотят ехати к королю или в ыные земли, и государь бы пожаловал»⁴⁰⁸. Иван потребовал от Довойны прежде, чем дать ему аудиенцию, чтобы тот ответил на вопрос – кто намерен служить ему, а кто хочет отъехать к королю. Довойна попытался было потянуть время, предложив отпустить его обратно в Полоцк, чтобы он на месте расспросил своих людей, кто как намерен поступить. Наивная хитрость полоцкого воеводы не нашла понимания у царя⁴⁰⁹.

Последующие события развивались по московскому сценарию. Арсений и Довойна в сопровождении своей свиты были приняты Иваном Грозным, который восседал в своем шатре в доспехах, окруженный одоспешенными и вооруженными Владимиром Андреевичем, «царем» Симеоном и множеством бояр, воевод и детей боярских. В своей речи, обращенной к полоцкой делегации, Иван объявил им, что он пришел вернуть свою отчину, город Полоцк, и наказать своего «брата» короля за его многие неправды и что он милует Полоцк, казнить никого не будет, но город должен быть очищен и занят русскими войсками⁴¹⁰.