Читаем Португалия. Полная история полностью

В июне собрание, составленное по образцу древних Кортесов из представителей духовенства, знати и состоятельных незнатных людей, постановило, что «яснейшие и окончательные законы» не дают оснований включить Педру в число претендентов на португальскую корону. Оно объявило недействительной Конституционную хартию и провозгласило регента королем Мигелом I[185].

Краткий переходный период завершился. Началось бурное шестилетнее правление нового монарха.

Если Мигел полагал, что либералы смирятся с поражением или хотя бы их амбиции несколько сдуются под напором народного ликования, то он просчитался. На повестке дня опять замаячила либеральная революция.

Первым проявлением готовности противников абсолютизма пойти до конца стало убийство студентами-либералами двух преподавателей Коимбрского университета, которые направлялись в столицу поздравить регента Мигела с прибытием на родину. Преступление произошло в марте 1828 года.

В мае, когда намерения Мигела восстановить абсолютизм стали очевидны, выступление против него началось в Авейру под руководством ложи «Усадьба святых мучеников». Расквартированный там стрелковый батальон присягнул Педру IV и его дочери Марии да Глории и предпринял марш на Порту. Мятежники овладели городом, но в июле его отбили войска, верные Мигелу[186].

Руководители восстания отправились в эмиграцию в Испанию, Британию и на Азорские острова. На Азорах либералам удалось закрепиться. В октябре на острове Терсейра полторы сотни хорошо вооруженных и обученных либералов при поддержке артиллерии нанесли поражение легковооруженной милиции, в которой насчитывалось не менее трех тысяч сторонников Мигела I.

В декабре 1828 года на Терсейру прибыли португальские эмигранты из США. Вслед за ними на острове стали высаживаться другие сторонники Педру и конституции. Бразильский император начал оказывать Терсейре помощь.

Больше двух лет остров оставался единственной территорией Португалии, контролируемой либералами. На нем действовал назначенный императором Регентский совет во главе с герцогом де Палмелой. Он должен был исполнять обязанности до тех пор, пока Мария да Глория не станет королевой.

Бразильский монарх пребывал в раздвоенном состоянии. Физически он находился в Рио-де-Жанейро, где правил как император Педру I, а мысли его тем временем витали в Лиссабоне, где он был королем Педру IV.

Наконец в 1831 году монарх решился сделать окончательный выбор. Он отрекся от бразильской короны в пользу сына. Так как отпрыску не было и шести лет, отец назначил трех доверенных людей, на которых возложил управление страной и воспитание будущего правителя.

В апреле Педру на британском корабле отправился из Бразилии в Европу, где несколько месяцев вел переговоры об организации военной экспедиции, перемещаясь между Великобританией и Францией. В январе 1832 года во главе флотилии он взял курс на Азорские острова.

К тому времени его сторонники превратили Терсейру в плацдарм либеральных сил. Решающим стало сражение в августе 1829 года у Вила-да-Прая, где безуспешно пытался высадиться крупный десант сторонников Мигела I. После этого в либеральных изданиях остров стали называть «оплотом Свободы», а населенный пункт в честь знаменательной победы переименовали в Прая-да-Витория.

К прибытию Педру IV в руках либералов был уже весь архипелаг. Они рекрутировали в свои ряды и вооружили тысячи бойцов, немалая часть которых была иностранными наемниками и авантюристами из Великобритании, Франции, Испании, Германии, Польши…

По прибытии на Терсейру Педру IV упразднил Регентский совет, объявив себя регентом Марии да Глории, и назначил временное правительство королевства. Герцог де Палмела стал министром иностранных дел. Он отправился в Лондон, чтобы организовать дополнительную помощь для борьбы с Мигелом I.

В конце июня 1832 года эскадра Педру IV, состоявшая из 60 кораблей, среди которых были как большие фрегаты, так и маленькие вспомогательные суда, взяла курс на Португалию. На борту находились более 8,2 тысячи вооруженных людей, в том числе не менее 448 французов и 363 британцев[187]. Войско получило название «Освободительная армия».

В качестве добровольцев в военной экспедиции участвовали знаменитый литератор Алмейда Гаррет и видный историк Алешандре Эркулану. Они входили в так называемый Академический батальон. Командовал эскадрой британский адмирал Джордж Сарториус.

Сторонники Мигела I располагали десятками тысяч военнослужащих и вооруженных добровольцев, но большинство из них были расквартированы в столице. Между тем флотилия Педру IV направилась не в Лиссабон, а на север, в Порту.

Расчет строился на том, чтобы заполучить плацдарм, затем захватить северную часть страны и развернуть наступление на Лиссабон. Для претворения в жизнь этого плана «северная столица» подходила наилучшим образом. Буржуазия, особенно представители торгового капитала, имели в Порту большее влияние, чем в других городах.

Перейти на страницу:

Все книги серии История на пальцах

Средневековье. Полная история эпохи
Средневековье. Полная история эпохи

Средневековье. Самая спорная и противоречивая эпоха в истории человечества. Одни воспринимают ее как времена прекрасных дам и благородных рыцарей, менестрелей и скоморохов, когда ломались копья, шумели пиры, пелись серенады и звучали проповеди. Для других же Средневековье — это время фанатиков и палачей, костров инквизиции, вонючих городов, эпидемий, жестоких обычаев, антисанитарии, всеобщей темноты и дикости.Неужели правда, что рыцари и вообще люди в Средние века были маленького роста — не выше полутора метров, а те, кто достигал нынешних средних 175 см считались чуть ли не гигантами? И в Средневековье на самом деле никто кроме монахов не умел читать и писать, мылись всего два раза в жизни — после рождения и перед смертью, жутко воняли и кишели блохами? И меч весил 20 кг, а доспехи все 100, поэтому рыцаря поднимали на коня с помощью лебедки, и в туалет ему ходить приходилось прямо в доспехи, потому что их было просто не снять?Новая книга серии «История на пальцах» поможет разобраться, что к чему.

Кэтрин Грей

История / Учебная и научная литература / Образование и наука

Похожие книги

Идея истории
Идея истории

Как продукты воображения, работы историка и романиста нисколько не отличаются. В чём они различаются, так это в том, что картина, созданная историком, имеет в виду быть истинной.(Р. Дж. Коллингвуд)Существующая ныне история зародилась почти четыре тысячи лет назад в Западной Азии и Европе. Как это произошло? Каковы стадии формирования того, что мы называем историей? В чем суть исторического познания, чему оно служит? На эти и другие вопросы предлагает свои ответы крупнейший британский философ, историк и археолог Робин Джордж Коллингвуд (1889—1943) в знаменитом исследовании «Идея истории» (The Idea of History).Коллингвуд обосновывает свою философскую позицию тем, что, в отличие от естествознания, описывающего в форме законов природы внешнюю сторону событий, историк всегда имеет дело с человеческим действием, для адекватного понимания которого необходимо понять мысль исторического деятеля, совершившего данное действие. «Исторический процесс сам по себе есть процесс мысли, и он существует лишь в той мере, в какой сознание, участвующее в нём, осознаёт себя его частью». Содержание I—IV-й частей работы посвящено историографии философского осмысления истории. Причём, помимо классических трудов историков и философов прошлого, автор подробно разбирает в IV-й части взгляды на философию истории современных ему мыслителей Англии, Германии, Франции и Италии. В V-й части — «Эпилегомены» — он предлагает собственное исследование проблем исторической науки (роли воображения и доказательства, предмета истории, истории и свободы, применимости понятия прогресса к истории).Согласно концепции Коллингвуда, опиравшегося на идеи Гегеля, истина не открывается сразу и целиком, а вырабатывается постепенно, созревает во времени и развивается, так что противоположность истины и заблуждения становится относительной. Новое воззрение не отбрасывает старое, как негодный хлам, а сохраняет в старом все жизнеспособное, продолжая тем самым его бытие в ином контексте и в изменившихся условиях. То, что отживает и отбрасывается в ходе исторического развития, составляет заблуждение прошлого, а то, что сохраняется в настоящем, образует его (прошлого) истину. Но и сегодняшняя истина подвластна общему закону развития, ей тоже суждено претерпеть в будущем беспощадную ревизию, многое утратить и возродиться в сильно изменённом, чтоб не сказать неузнаваемом, виде. Философия призвана резюмировать ход исторического процесса, систематизировать и объединять ранее обнаружившиеся точки зрения во все более богатую и гармоническую картину мира. Специфика истории по Коллингвуду заключается в парадоксальном слиянии свойств искусства и науки, образующем «нечто третье» — историческое сознание как особую «самодовлеющую, самоопределющуюся и самообосновывающую форму мысли».

Робин Джордж Коллингвуд , Ю. А. Асеев , Роберт Джордж Коллингвуд , Р Дж Коллингвуд

Биографии и Мемуары / История / Философия / Образование и наука / Документальное