Читаем Португалия. Полная история полностью

Многие сочувствовали либералам и не жаловали абсолютистов. После переезда двора в Рио-де-Жанейро и открытия бразильских портов португальская торговля оказалась в трудном положении. Для Порту последствия были наиболее плачевными. Не случайно в 1820 году именно этот город стал колыбелью либеральной революции, а в дальнейшем там не раз вспыхивали бунты против возврата к абсолютной монархии.

Идея высадиться в Порту и разжечь огонь революции была не нова. Летом 1828 года группа эмигрантов-либералов во главе с герцогом де Палмела прибыла в город на британском корабле «Белфаст», но налет не удался. Революционеры спешно ретировались на корабль и ни с чем вернулись обратно в Англию.

На сей раз вторжение было гораздо более масштабным, лучше подготовленным и организованным. Когда многочисленные паруса флотилии Педру IV неожиданно возникли на горизонте, среди абсолютистов началась паника.

Гарнизон Порту был более многочисленным, чем силы Педру IV, но его командование не располагало данными о количестве нападавших и сочло за лучшее отступить. 8 июля 1832 года либералы высадились на пляже Минделу и заняли город, оставленный войсками абсолютистов.

Сторонники Мигела I вскоре осознали свою ошибку и попытались отбить Порту, но было поздно. Либералы, успевшие закрепиться и обустроить позиции, отразили атаку.

Началась осада, длившаяся больше года. Она изобиловала штурмами, вылазками, обстрелами. Массированные бомбардировки, жестокие разрушения, вспышки смертоносных болезней, большие потери не деморализовали горожан, а, напротив, сплотили и ожесточили в борьбе против абсолютистов. Педру IV делил тяготы и лишения осады вместе со всеми, участвуя в оборонительных работах наравне с солдатами.

С каждым месяцем надежды либералов на успех таяли. Первоначальные планы о завоевании севера и походе на Лиссабон представлялись теперь несбыточными. Абсолютисты сосредоточили вокруг Порту основные силы и взяли город в плотную осаду с суши и моря.

Победа Мигела I в «братской» войне казалась неминуемой, но летом 1833 года обстановка внезапно изменилась. В июне к Порту подошли подкрепления из Британии. Герцог де Палмела сумел заручиться в Лондоне деньгами, зафрахтовал корабли, набрал экипажи и десант.

Возглавлял флотилию боевой британский адмирал Чарльз Нейпир, отличившийся в Наполеоновских войнах. Он предложил отвлечь противника, отправив флотилию с десантом к Лиссабону и открыв новый фронт.

Военно-морская экспедиция дошла до самого юга страны, где 5 июля у мыса Сау-Висенте встретилась с флотом Мигела I. Бой завершился полной победой либералов, кораблями которых командовали британские офицеры.

После разгрома у Сау-Висенте флот абсолютистов перестал существовать. Теперь на море безраздельно господствовали либералы. Под прикрытием британской эскадры десант, высаженный в южной провинции Алгарве, быстрым маршем прошел до Лиссабона и в конце июля овладел столицей.

В августе 1833 Великобритания признала правительство Марии да Глории, которая после вступления на престол Мигела I покинула страну и проживала во Франции. В сентябре принцесса вернулась в Лиссабон на корабле.

Мигел I был вынужден снять осаду Порту, а королевский двор перенести в Сантарень. Долго он там не продержался. К этому времени обстановка стала принципиально другой не только на полях сражений, но и на международной арене.

В апреле 1834 года в Лондоне был подписан договор о Четверном альянсе между Великобританией, Францией, Испанией и Португалией, призванный установить на Пиренейском полуострове либеральные режимы. Португалия была представлена правительством Педру IV. Документ предусматривал в случае необходимости посылку иностранных войск на территорию Португалии, а также Испании, где тоже шла вооруженная борьба между абсолютистами и либералами.

Помимо британцев Чарльза Нейпира на территорию Португалии вступил 15-тысячный испанский экспедиционный корпус. 16 мая 1834 года войска абсолютистов потерпели решающее поражение в битве при Ассейсейре, неподалеку от Томара.

Мигел I с остатками войска отступил в Алентежу и 26 мая в Эвора-Монте, окруженный и лишенный средств к сопротивлению, был вынужден подписать капитуляцию. С этого дня он уже не был монархом.

Трон заняла его племянница и несостоявшаяся жена Мария да Глория, которой только что исполнилось 15 лет. Она стала королевой Марией II. Отмененная Мигелом Конституционная хартия 1826 года вновь вступила в силу.

Капитуляция предусматривала амнистию для сторонников Мигела, до конца жизни запрещала низложенному монарху вступать на землю Португалии и ее колоний, но гарантировала высокую пенсию. Воспользоваться либеральными щедротами Мигел не пожелал. Когда в июле 1834 года он прибыл в изгнание в Геную, то объявил подписанный документ «ничтожным и не имеющим силы», что автоматически означало снятие обязательств со стороны победителей, в том числе и финансовых. Не взял себе Мигел и фамильных драгоценностей. Перед отъездом он передал сокровища короны и свои личные на возрождение страны.

Перейти на страницу:

Все книги серии История на пальцах

Средневековье. Полная история эпохи
Средневековье. Полная история эпохи

Средневековье. Самая спорная и противоречивая эпоха в истории человечества. Одни воспринимают ее как времена прекрасных дам и благородных рыцарей, менестрелей и скоморохов, когда ломались копья, шумели пиры, пелись серенады и звучали проповеди. Для других же Средневековье — это время фанатиков и палачей, костров инквизиции, вонючих городов, эпидемий, жестоких обычаев, антисанитарии, всеобщей темноты и дикости.Неужели правда, что рыцари и вообще люди в Средние века были маленького роста — не выше полутора метров, а те, кто достигал нынешних средних 175 см считались чуть ли не гигантами? И в Средневековье на самом деле никто кроме монахов не умел читать и писать, мылись всего два раза в жизни — после рождения и перед смертью, жутко воняли и кишели блохами? И меч весил 20 кг, а доспехи все 100, поэтому рыцаря поднимали на коня с помощью лебедки, и в туалет ему ходить приходилось прямо в доспехи, потому что их было просто не снять?Новая книга серии «История на пальцах» поможет разобраться, что к чему.

Кэтрин Грей

История / Учебная и научная литература / Образование и наука

Похожие книги

Идея истории
Идея истории

Как продукты воображения, работы историка и романиста нисколько не отличаются. В чём они различаются, так это в том, что картина, созданная историком, имеет в виду быть истинной.(Р. Дж. Коллингвуд)Существующая ныне история зародилась почти четыре тысячи лет назад в Западной Азии и Европе. Как это произошло? Каковы стадии формирования того, что мы называем историей? В чем суть исторического познания, чему оно служит? На эти и другие вопросы предлагает свои ответы крупнейший британский философ, историк и археолог Робин Джордж Коллингвуд (1889—1943) в знаменитом исследовании «Идея истории» (The Idea of History).Коллингвуд обосновывает свою философскую позицию тем, что, в отличие от естествознания, описывающего в форме законов природы внешнюю сторону событий, историк всегда имеет дело с человеческим действием, для адекватного понимания которого необходимо понять мысль исторического деятеля, совершившего данное действие. «Исторический процесс сам по себе есть процесс мысли, и он существует лишь в той мере, в какой сознание, участвующее в нём, осознаёт себя его частью». Содержание I—IV-й частей работы посвящено историографии философского осмысления истории. Причём, помимо классических трудов историков и философов прошлого, автор подробно разбирает в IV-й части взгляды на философию истории современных ему мыслителей Англии, Германии, Франции и Италии. В V-й части — «Эпилегомены» — он предлагает собственное исследование проблем исторической науки (роли воображения и доказательства, предмета истории, истории и свободы, применимости понятия прогресса к истории).Согласно концепции Коллингвуда, опиравшегося на идеи Гегеля, истина не открывается сразу и целиком, а вырабатывается постепенно, созревает во времени и развивается, так что противоположность истины и заблуждения становится относительной. Новое воззрение не отбрасывает старое, как негодный хлам, а сохраняет в старом все жизнеспособное, продолжая тем самым его бытие в ином контексте и в изменившихся условиях. То, что отживает и отбрасывается в ходе исторического развития, составляет заблуждение прошлого, а то, что сохраняется в настоящем, образует его (прошлого) истину. Но и сегодняшняя истина подвластна общему закону развития, ей тоже суждено претерпеть в будущем беспощадную ревизию, многое утратить и возродиться в сильно изменённом, чтоб не сказать неузнаваемом, виде. Философия призвана резюмировать ход исторического процесса, систематизировать и объединять ранее обнаружившиеся точки зрения во все более богатую и гармоническую картину мира. Специфика истории по Коллингвуду заключается в парадоксальном слиянии свойств искусства и науки, образующем «нечто третье» — историческое сознание как особую «самодовлеющую, самоопределющуюся и самообосновывающую форму мысли».

Робин Джордж Коллингвуд , Ю. А. Асеев , Роберт Джордж Коллингвуд , Р Дж Коллингвуд

Биографии и Мемуары / История / Философия / Образование и наука / Документальное