Читаем Португалия. Полная история полностью

Бурная средневековая история страны воспроизведена в хрониках Фернау Лопеша настолько живо и всесторонне, что послужила источником вдохновения для крупнейших португальских писателей. На их основе созданы самые популярные художественные произведения португальской литературы, написанные на исторические сюжеты: «Арка Святой Анны» и «Оружейник из Сантареня» Алмейды Гаррета, «Легенды и сказания» Алешандре Эркулану, «Леонор Теллеш» Марселину Мешкиты, «Жизнь Нуну Алвареша» Оливейры Мартиньша.

«Фернау Лопеш — вне всякого сомнения, лучший летописец всех времен и народов».

Роберт Саути,английский поэт XIX века

События, последовавшие за кончиной Фернанду Красивого и убийством фаворита королевы князя Андейру, раскололи Португалию. Большая часть дворянства выступила на стороне кастильского монарха. Его поддержали владельцы полусотни замков. Они считали себя связанными присягой, данной Беатриш, нарушить которую не позволял кодекс чести благородного человека.

По сути такая позиция означала предательство национальных интересов, но для большинства дворян личные связи и отношения были важнее. Многие из них имели в Кастилии родственников и владения и не понимали, почему им нужно противиться вступлению на трон Хуана I. Для них это событие ничего не меняло.

Среди незнатных португальцев преобладали другие настроения. Народ был решительно против подчинения кастильцам. Портной Фернау Вашкеш не побоялся протестовать против женитьбы короля Фернанду на Леонор, а провозглашение магистра Жоау Правителем и Защитником Королевства состоялось благодаря решительности бочара Афонсу Эанеша Пенеду. Без его энергичного выступления колеблющийся Совет Лиссабона не поддержал бы жителей, днем ранее единодушно высказавшихся за магистра.

Торговый люд, недовольный кастильскими конкурентами, тоже сплотился вокруг магистра Жоау. Значительные суммы собрали на военные расходы лиссабонские купцы и еврейская община. Свой вклад внесли жители Порту, Коимбры, других крупных и мелких городов. Церкви присылали золотые кресты, серебряные кубки и все, за что можно было выручить деньги.

Приняв титул Правителя и Защитника Королевства, получив в распоряжение значительные средства, магистр Жоау приступил к формированию войска, направил посланников в Англию с просьбой о помощи и поручением рекрутировать солдат. Одновременно он создавал собственное правительство. Старшим канцлером был назначен юрист Жоау даш Реграш.

Был сформирован Совет, в который вошли юристы и духовенство. Посты в новой администрации получили и незнатные люди. В Лиссабоне возник новый орган городской власти — Двадцать четыре, который формировался по принципу: два почтенных человека от каждого ремесла.

Некоторые посты были отданы дворянам, меньшая часть которых примкнула к магистру Жоау. Один из них, крупный землевладелец из северной провинции Минью Нуну Алвареш Перейра, прибыл в Лиссабон в распоряжение лидера восставших. Магистр поручил ему возглавить пограничную стражу южной провинции Алентежу, через которую, как он полагал, кастильцы готовят вторжение.

Времени на подготовку было в обрез. Хуан I выступил из Сантареня на Лиссабон во главе армии. Кастильцы, привыкшие к легким победам, попытались быстро овладеть городом, но столкнулись с упорным сопротивлением. Пришлось приступать к регулярной осаде. С океана в устье Тежу вошла кастильская эскадра. В мае 1384 года столица Португалии оказалась полностью окружена.

Но Лиссабоном театр боевых действий не ограничивался. Не сидел сложа руки и Нуну Алвареш Перейра. Под его началом уже сформировалась маленькая армия. Он выехал в Алентежу из столицы с 40 дворянами, многие из которых были родом из этой провинции. По дороге к ним присоединялись сторонники магистра Жоау, и когда отряд входил в Эвору, в нем насчитывалось уже две сотни всадников.

Главный город Алентежу с самого начала поддерживал магистра. Лиссабонских гостей он встретил с энтузиазмом. Из Эворы Нуну Алвареш выступил с войском, в котором, помимо трех сотен конников, состояли еще сотня арбалетчиков и тысяча пехотинцев.

6 апреля 1384 года близ селения Атолейруш в полусотне километров от границы португальцы встретились с крупным кастильским вооруженным формированием, насчитывавшим свыше шести тысяч воинов. Это была карательная экспедиция, посланная Хуаном I для подавления сопротивления в Алентежу. В ней участвовали и португальские дворяне, в том числе Педру Алвареш Перейра — брат Нуну Алвареша, который предложил родственнику перейти на его сторону.

Получив отказ, кастильцы стали готовиться к бою. Имея численное превосходство, они предприняли атаку, но не сумели сломить сопротивление португальцев и обратились в бегство. Воины Нуну Алвареша гнали поверженного врага больше семи километров.

Перейти на страницу:

Все книги серии История на пальцах

Средневековье. Полная история эпохи
Средневековье. Полная история эпохи

Средневековье. Самая спорная и противоречивая эпоха в истории человечества. Одни воспринимают ее как времена прекрасных дам и благородных рыцарей, менестрелей и скоморохов, когда ломались копья, шумели пиры, пелись серенады и звучали проповеди. Для других же Средневековье — это время фанатиков и палачей, костров инквизиции, вонючих городов, эпидемий, жестоких обычаев, антисанитарии, всеобщей темноты и дикости.Неужели правда, что рыцари и вообще люди в Средние века были маленького роста — не выше полутора метров, а те, кто достигал нынешних средних 175 см считались чуть ли не гигантами? И в Средневековье на самом деле никто кроме монахов не умел читать и писать, мылись всего два раза в жизни — после рождения и перед смертью, жутко воняли и кишели блохами? И меч весил 20 кг, а доспехи все 100, поэтому рыцаря поднимали на коня с помощью лебедки, и в туалет ему ходить приходилось прямо в доспехи, потому что их было просто не снять?Новая книга серии «История на пальцах» поможет разобраться, что к чему.

Кэтрин Грей

История / Учебная и научная литература / Образование и наука

Похожие книги

Идея истории
Идея истории

Как продукты воображения, работы историка и романиста нисколько не отличаются. В чём они различаются, так это в том, что картина, созданная историком, имеет в виду быть истинной.(Р. Дж. Коллингвуд)Существующая ныне история зародилась почти четыре тысячи лет назад в Западной Азии и Европе. Как это произошло? Каковы стадии формирования того, что мы называем историей? В чем суть исторического познания, чему оно служит? На эти и другие вопросы предлагает свои ответы крупнейший британский философ, историк и археолог Робин Джордж Коллингвуд (1889—1943) в знаменитом исследовании «Идея истории» (The Idea of History).Коллингвуд обосновывает свою философскую позицию тем, что, в отличие от естествознания, описывающего в форме законов природы внешнюю сторону событий, историк всегда имеет дело с человеческим действием, для адекватного понимания которого необходимо понять мысль исторического деятеля, совершившего данное действие. «Исторический процесс сам по себе есть процесс мысли, и он существует лишь в той мере, в какой сознание, участвующее в нём, осознаёт себя его частью». Содержание I—IV-й частей работы посвящено историографии философского осмысления истории. Причём, помимо классических трудов историков и философов прошлого, автор подробно разбирает в IV-й части взгляды на философию истории современных ему мыслителей Англии, Германии, Франции и Италии. В V-й части — «Эпилегомены» — он предлагает собственное исследование проблем исторической науки (роли воображения и доказательства, предмета истории, истории и свободы, применимости понятия прогресса к истории).Согласно концепции Коллингвуда, опиравшегося на идеи Гегеля, истина не открывается сразу и целиком, а вырабатывается постепенно, созревает во времени и развивается, так что противоположность истины и заблуждения становится относительной. Новое воззрение не отбрасывает старое, как негодный хлам, а сохраняет в старом все жизнеспособное, продолжая тем самым его бытие в ином контексте и в изменившихся условиях. То, что отживает и отбрасывается в ходе исторического развития, составляет заблуждение прошлого, а то, что сохраняется в настоящем, образует его (прошлого) истину. Но и сегодняшняя истина подвластна общему закону развития, ей тоже суждено претерпеть в будущем беспощадную ревизию, многое утратить и возродиться в сильно изменённом, чтоб не сказать неузнаваемом, виде. Философия призвана резюмировать ход исторического процесса, систематизировать и объединять ранее обнаружившиеся точки зрения во все более богатую и гармоническую картину мира. Специфика истории по Коллингвуду заключается в парадоксальном слиянии свойств искусства и науки, образующем «нечто третье» — историческое сознание как особую «самодовлеющую, самоопределющуюся и самообосновывающую форму мысли».

Робин Джордж Коллингвуд , Ю. А. Асеев , Роберт Джордж Коллингвуд , Р Дж Коллингвуд

Биографии и Мемуары / История / Философия / Образование и наука / Документальное