Читаем Португалия. Полная история полностью

В Африке высадился внушительный португальский десант. На борту находились 600 военных, в том числе будущие прославленные мореплаватели Бартоломеу Диаш, Диогу Кау, Христофор Колумб. С ними прибыла сотня каменщиков и плотников.

За несколько недель были воздвигнуты стены форта-фактории Сау-Жорже-да-Мина, что переводится как «рудник Святого Георгия». Все материалы для строительства — камень, лес, железо — португальцы привезли с собой. Это первое европейское сооружение к югу от Сахары стоит до сих пор, привлекая туристов в ганский город Эльмина.

Гарнизон взял под защиту добычу драгоценного металла, ставшего одной из главных доходных статей короны. Благодаря Сау-Жорже-де-Мине Португалия смогла наладить чеканку собственной золотой монеты, повысив свой международный престиж.

На руднике трудилось полтысячи человек, которые жили в построенном у стен крепости поселке Мина. Кроме того, сюда свозилось золото, которое добывали во внутренних районах Западной Африки. В 1486 году населенный пункт получил форал и превратился в полноценный португальский город.

В этом регионе Западной Африки, на территории современной Нигерии, к тому времени уже существовало раннефеодальное государство Великий Бенин. Португальцы были первыми европейцами, установившими с ним контакты.

Тем временем продвижение на юг продолжалось. В 1482 году Диогу Кау достиг устья реки Конго и поднялся вверх по течению на полторы сотни километров. Пройти дальше не позволили пороги.

Чтобы закрепить достижение, португальцы поставили на побережье каменный столб с крестом — падрау. Ранее они отмечали свои достижения менее долговечными деревянными крестами. Отныне увековечивание памяти о прибытии в очередную, еще более отдаленную точку Африки совершалось с помощью более надежных падрау. На каменных столбах выбивалась надпись, которая гласила о том, в каком году от сотворения мира и рождества Христова король повелел мореплавателю открыть «сию землю и установить здесь сей крест».

В 1486 году Диогу Кау доплыл до Анголы и Намибии, где тоже поставил падрау. До южной оконечности Африки оставалось рукой подать.

Параллельно с исследованием африканского побережья Португалия не оставляла попыток завоевания Марокко. В 1437 году, при короле Дуарте Красноречивом, военная экспедиция попыталась захватить Танжер. Операция оказалась на редкость неудачной. Город устоял, а португальские войска были вынуждены отступить. Хуже того, португальцам пришлось пообещать, что они отдадут маврам и Сеуту.

Залогом выполнения договоренности стал высокопоставленный заложник. Печальный жребий пал на инфанта Фернанду — брата Дуарте Красноречивого и Энрике Мореплавателя, представителя «прославленного потомства» родоначальника Ависской династии. Такое определение дал сыновьям Жоау I в поэме «Лузиады» Луиш де Камоэнс.

Выкупить из мусульманского плена брата христианского короля было делом чести, и в Португалии начался сбор средств. Однако не все считали правильным платить большие деньги за освобождение принца, в том числе и Энрике Мореплаватель.

Фернанду скончался в городе Фес, проведя шесть лет в плену у мавров и удостоившись прозвища Святой инфант. Его смерть сняла вопрос о Сеуте. Она осталась португальской.

Регент Педру африканским направлением не слишком интересовался, но при Афонсу V оно вновь появилось на повестке дня. На север Африки были направлены несколько военных экспедиций. В 1458 году португальские войска взяли Алькасер-Сегер, в 1471 году — Арзилу, затем в их руки попал Танжер. Марокканский султан был вынужден подписать с Португалией договор о мире и дружбе.

Афонсу V намеревался воплотить мечту об Алгарве по обе стороны моря. Название самой южной провинции страны, отвоеванной у мавров и кастильцев последней, традиционно фигурировало в монаршем титуле как «Королевство Алгарве». Его продолжали упоминать вплоть до установления в стране республики.

В действительности провинция никогда не обладала отдельным статусом или привилегиями. Тем не менее, алгарвийские земли продолжали восприниматься как особые. Об этом свидетельствует титул, который Афонсу V принял после первых завоеваний: «Король Португалии и Алгарве по эту и по ту сторону моря в Африке».

Следующие короли, в основном занимались исследованием африканского побережья но не оставляли без внимания и север континента. Мануэл I Счастливый захватил города Сафи и Аземмур и покрыл Марокко сетью крепостей.

Борьба на два фронта оказалась для маленькой страны непосильной. Почти постоянные военные действия, требующие немалых расходов и посылки все новых войск, содержание гарнизонов крепостей, тоже обходившееся недешево, истощали казну. Вступивший на престол в 1521 году Жоау III Благочестивый решился отказаться от слишком затратного предприятия и сдал большинство крепостей, оставив только Сеуту и Танжер.

Перейти на страницу:

Все книги серии История на пальцах

Средневековье. Полная история эпохи
Средневековье. Полная история эпохи

Средневековье. Самая спорная и противоречивая эпоха в истории человечества. Одни воспринимают ее как времена прекрасных дам и благородных рыцарей, менестрелей и скоморохов, когда ломались копья, шумели пиры, пелись серенады и звучали проповеди. Для других же Средневековье — это время фанатиков и палачей, костров инквизиции, вонючих городов, эпидемий, жестоких обычаев, антисанитарии, всеобщей темноты и дикости.Неужели правда, что рыцари и вообще люди в Средние века были маленького роста — не выше полутора метров, а те, кто достигал нынешних средних 175 см считались чуть ли не гигантами? И в Средневековье на самом деле никто кроме монахов не умел читать и писать, мылись всего два раза в жизни — после рождения и перед смертью, жутко воняли и кишели блохами? И меч весил 20 кг, а доспехи все 100, поэтому рыцаря поднимали на коня с помощью лебедки, и в туалет ему ходить приходилось прямо в доспехи, потому что их было просто не снять?Новая книга серии «История на пальцах» поможет разобраться, что к чему.

Кэтрин Грей

История / Учебная и научная литература / Образование и наука

Похожие книги

Идея истории
Идея истории

Как продукты воображения, работы историка и романиста нисколько не отличаются. В чём они различаются, так это в том, что картина, созданная историком, имеет в виду быть истинной.(Р. Дж. Коллингвуд)Существующая ныне история зародилась почти четыре тысячи лет назад в Западной Азии и Европе. Как это произошло? Каковы стадии формирования того, что мы называем историей? В чем суть исторического познания, чему оно служит? На эти и другие вопросы предлагает свои ответы крупнейший британский философ, историк и археолог Робин Джордж Коллингвуд (1889—1943) в знаменитом исследовании «Идея истории» (The Idea of History).Коллингвуд обосновывает свою философскую позицию тем, что, в отличие от естествознания, описывающего в форме законов природы внешнюю сторону событий, историк всегда имеет дело с человеческим действием, для адекватного понимания которого необходимо понять мысль исторического деятеля, совершившего данное действие. «Исторический процесс сам по себе есть процесс мысли, и он существует лишь в той мере, в какой сознание, участвующее в нём, осознаёт себя его частью». Содержание I—IV-й частей работы посвящено историографии философского осмысления истории. Причём, помимо классических трудов историков и философов прошлого, автор подробно разбирает в IV-й части взгляды на философию истории современных ему мыслителей Англии, Германии, Франции и Италии. В V-й части — «Эпилегомены» — он предлагает собственное исследование проблем исторической науки (роли воображения и доказательства, предмета истории, истории и свободы, применимости понятия прогресса к истории).Согласно концепции Коллингвуда, опиравшегося на идеи Гегеля, истина не открывается сразу и целиком, а вырабатывается постепенно, созревает во времени и развивается, так что противоположность истины и заблуждения становится относительной. Новое воззрение не отбрасывает старое, как негодный хлам, а сохраняет в старом все жизнеспособное, продолжая тем самым его бытие в ином контексте и в изменившихся условиях. То, что отживает и отбрасывается в ходе исторического развития, составляет заблуждение прошлого, а то, что сохраняется в настоящем, образует его (прошлого) истину. Но и сегодняшняя истина подвластна общему закону развития, ей тоже суждено претерпеть в будущем беспощадную ревизию, многое утратить и возродиться в сильно изменённом, чтоб не сказать неузнаваемом, виде. Философия призвана резюмировать ход исторического процесса, систематизировать и объединять ранее обнаружившиеся точки зрения во все более богатую и гармоническую картину мира. Специфика истории по Коллингвуду заключается в парадоксальном слиянии свойств искусства и науки, образующем «нечто третье» — историческое сознание как особую «самодовлеющую, самоопределющуюся и самообосновывающую форму мысли».

Робин Джордж Коллингвуд , Ю. А. Асеев , Роберт Джордж Коллингвуд , Р Дж Коллингвуд

Биографии и Мемуары / История / Философия / Образование и наука / Документальное