Позолоченные латунные кости. Коварное бронзовое тщеславие

Впереди на коньке крыши стояла маленькая блондинка, спрятав в рукава скрещенные на груди руки, не обращая внимания на тот факт, что находится в трех этажах от земли, под набрякшим дождем небом. На девочке было аквамариновое зимнее пальто с белым кружевным воротником. На голове красовалась сдвинутая набекрень белая шляпка. Ее ног я не видел, но не сомневался, что на них блестящие черные кожаные ботинки и короткие белые гольфы. В полном соответствии с модой для богатых детей.

Увидев, что я ее заметил, девочка поприветствовала меня легким поклоном и улыбкой. Ее головореза поблизости не наблюдалось, однако я готов был биться об заклад, что он недалеко.

— Я ее знаю, — сказала Лунная Гниль. С благоговением в голосе.

— И кто она?

— Понятия не имею.

— Э-э… Это не имеет смысла.

— Да. Хорошо, я видела ее раньше. Где-то. Но не могу вспомнить, где и когда.

Проку от этого не было, и я так и сказал.

Она не собиралась извиняться.

— Это ее ты встречал?

— Да.

— Она жульничает. Изображает из себя то, чем не является. Она может даже оказаться духом или демоном.

66

Мы возобновили продвижение к конюшне Плеймета после того, как мимо нас пронесли павших, предположительно направлявшихся в гости к магам-криминалистам Аль-Хара. Интересно, хватает ли генералу Тупу смелости держать в штате настоящего некроманта?

Только я собрался спросить Тару Чейн, как материализовался Мишень:

— Некоторое время будете без прикрытия. Все парни заняты уборкой. Будьте осторожны. Хеления? Ты в порядке?

— Я справлюсь. Меня обещали подвезти.

— Присматривай за нашим мальчиком. И держи дурачину под контролем. Босс пока не хочет с ним расставаться.

— Сделаю все, что смогу.

Мишень потрусил следом за трупоносами. Эти ребята привлекали внимание местных жителей.

Я только начал понимать, что Мишень проявил неуважение ко мне, когда заметил впереди, в пятнадцати футах от нас, Плеймета и Крошку Му: они ждали перед парадной дверью кабинета Плеймета.

Каштанка и подружки принялись прыгать вокруг Крошки Му. Она обзавелась новым нарядом. Точнее, не новым, не стильным и не слишком хорошо сидящим, но чистым и не привлекающим внимание. Ее лицо казалось менее озадаченным. Она была рада видеть собак. Если бы Плеймет не сказал ей что-то, она бы упала на землю и начала кататься с ними в пыли.

Тара Чейн удивленно крякнула и пробормотала:

— Да, это было весьма примечательно.

Я оглянулся. Она смотрела вверх, а не на Крошку Му. Я решил присоединиться и тоже уставился в небо.

— Что?

Блондинка исчезла, но я и так не был избалован ее присутствием.

— И?

— Она улетела, — сказала Тара Чейн. — Точнее, уплыла.

— Она Бегущая по ветру?

Лунная Гниль пожала плечами:

— Этот талант редко проявляется до полового созревания.

— Не говоря уже о том, что он вообще чертовски редкий. Значит, ее будет легко узнать.

— Можно предположить, что так. Бегущие по ветру настолько необычны, что на Холме знают о каждом.

— У меня дурное предчувствие.

— Молодец. Поток яростного света была единственной активной Бегущей по ветру Танфера.

— Следовательно, может иметь место совсем другое колдовство.

— Должно быть, так.

Она посмотрела на Плеймета и Крошку Му, и ее интерес угас.

Плеймет не представлял собой ничего выдающегося — высокий костлявый чернокожий парень с открытым ртом (это он увидел меня верхом).

— Заводите лошадей внутрь. Они устали и голодны. — Вот и все, что он смог из себя выдавить.

— У меня почти нет наличных.

— Зато у Синдж есть. И много платить не придется. Я у тебя в долгу.

— Кстати, Покойник хотел, чтобы я тебя проведал.

— Я в порядке. Лучше, чем можно было ожидать.

Он мягко опустил руку на плечо Крошки Му, и она перестала делать то, чего, по его мнению, ей делать не следовало, хотя я не уловил, что именно.

— Не нужно надо мной трястись, — сказал Плей.

— Конечно нужно. Ты для нас важен. Покойник хочет, чтобы ты зашел, и он проверил рак. Возможно, Колду он тоже захочет повидать.

— И девочку.

— Да. И ее.

Беседуя, мы занимались делом — заводили лошадей внутрь, ослабляли сбрую и снимали уздечки. Плей принес воду и овес. Кобыла кинула на меня взгляд, свидетельствовавший о том, что она могла изменить свое мнение по поводу моей способности делить мир с высшей расой.

Крошка Му помогала Плею. Она сказала несколько слов — неразборчивых и не мне. «Ненавижу» среди них не значилось.

Плеймет сел на корточки и осмотрел левый бок моей кобылы.

— Ты права. У тебя цепкий глаз, девочка.

Он достал ведро со зловонной мазью, зачерпнул горсть и намазал потертость, возникшую под левым крылом седла. Хотел отругать меня, но сдержался. Я никоим образом не мог догадаться. Мне не доводилось служить в кавалерии.

И я славился глубоким недоверием к лошадиным кланам.

Плеймет — самый славный человек из всех, кого я знаю, но страдает странными предрассудками по части животных. Это лишь чертовы животные, Плей!

Если так пойдет и дальше, мы можем поругаться. Пора сменить тему. К тому же меня больше интересовала девочка.

Как и Тару Чейн. Она казалась завороженной и благоговеющей, недоверчивой и профессионально сбитой с толку.

— Ты явно оказал хорошее влияние, — сказал я Плеймету. — Что произошло?