Позывной Верити (ЛП)

В ту неделю допросов — после того, как они практически месяц морили меня голодом в полной темноте и когда наконец снизошли к более сложным методам сбора информации — фон Линден ни разу на меня не взглянул. Помню, он расхаживал так, будто производил в уме очень сложные подсчеты. Всю грязную работу делала кучка его сподручных в перчатках. Казалось, ему не приходилось указывать им, что делать; полагаю, он обходился лишь кивками и взмахами рук. Словно у них все было доведено до автоматизма. Ужас и унижение состояли не в том, что они сняли с меня даже нижнее белье и медленно рвали на куски тело, а в том, что всем, похоже, было наплевать. Они делали это не забавы ради; не из жажды, удовольствия и не ради мести; они не издевались надо мной так, как Энгель; они не испытывали злость по отношению ко мне. Молодые солдаты фон Линдена всего-навсего делали свою работу, так равнодушно и четко, будто разбирали радиоприемник. А фон Линден выступал в качестве главного инженера, который беспристрастно руководил процессом, все проверял и контролировал.

Вот только радиоприемник не дрожит, не плачет, не ругается, не клянчит воду, не тошнит и не вытирает нос о собственные волосы, пока его бьют током, режут, жгут и связывают. Он просто стоически терпит, как и полагается радиоприемнику. И не будет возражать, если вы оставите его прикованным к стулу сидеть в собственных испражнениях на три дня, привязав к спине железную рейку, чтобы он не мог откинуться назад.

Фон Линден больше не допытывался у меня насчет Оруэлла после тех двух недель, когда я выдавала ему коды. Для него я все еще была никем иным, как радиоприемником. Но теперь я стала особенным приемником — тем, который он любит настраивать в свободное время, втайне пытаясь попасть на ВВС³⁹.

Что ж, прошло четыре дня, три из которых я была морально и/или физически истощена, поэтому потеряла нить повествования. Не было ни моих рецептурных бланков, ни Энгель, чтобы напомнить, на чем я остановилась. Думаю, у нее должны быть и другие обязанности, помимо меня, или она могла взять выходной. Сегодня здесь скотина Тибо и еще один мужчина, поэтому я, словно демон, пишу какую-то старую ахинею, лишь бы не привлекать к себе внимания. Ненавижу Тибо. Однозначно, я не боюсь его так, как боюсь повара или Гауптштурмфюрера, но, черт подери, я презираю Тибо — думаю, как и он презирает меня — отмороженный перебежчик вроде меня. Он более жестокий, чем фон Линден, и, думаю, сильнее наслаждается происходящим, но в нем нет того ума и приверженности делу, как у ф.Л. Пока я пишу, Тибо оставляет меня в покое. Жаль лишь, что он так по-варварски туго стянул эти веревки.

Я забыла, на чем остановилась, и меня накрывает паника из-за времени. С тех пор как я начала, прошло девять дней, а ф.Л. сказал, что у меня есть две недели. Не знаю, входят ли туда впустую потраченные четыре дня, но с такими темпами я никогда не доберусь до конца (думаю, мы с вами прекрасно знаем, что я больше не буду заглядывать в тот дурацкий список).

Буду молить его об еще одной неделе, на немецком, сегодня вечером. Официальный и вежливый тон приводит его в хорошее расположение духа. Думаю, одна из причин, по которой за мной присматривают как за опасной сумасшедшей, помимо того, что я покусала полицейского, когда меня схватили, — моя ругань и вздорный характер. Однажды им попался другой британский офицер — английский летчик — как мне говорили, в высшей степени благовоспитанный малый, и несмотря на то, что он находился под охраной, ему разрешали прогулки и даже не связывали руки. (Бьюсь об заклад, у него не было репутации мастера хитростных побегов, как у меня. И я действительно ничего не могу поделать со своим характером.)

Нет, все-таки я еще разок взгляну на тот список. Быть может, он напомнит мне, на чем я закончила. К тому же, Тибо и его дружку придется посуетиться, чтобы найти его, а это будет забавно.

Случайный самолет

Большая Гарпия, Медведка, Фокс Мот

Лизандер, Веллингтон, Спитфайр

Хейнкель Хе-111, Мессершмитт 109

АВРО ЭНСОН!⁴⁰

Воздушные перевозки с ВВТ

Как я могла забыть про Энсон?

Не знаю, как вам удается поставлять Люфтваффе исправные самолеты. Вспомогательный Воздушный Транспорт — подразделение КВС, помогающее доставлять самолеты и совершать перевозки. Постоянно и стабильно нас снабжали разбитыми самолетами — те отправлялись на ремонт, а новые доставляли с завода на производственную базу — и всеми ими управляли гражданские пилоты, без инструментов, радио и оружия. Ориентируясь с помощью деревьев и рек, железнодорожных путей и длинных прямых руин римских дорог. И на попутках обратно к базе, за следующим заданием.