Читаем «Практический работник» Георгий Маленков полностью

[Из открытых источников]


В противовес предложениям Шепилова Маленков решит действовать публично. Нет сомнений, что свои намерения он предварительно согласует со Сталиным. Об инициативной роли Сталина позднее будет вспоминать К. Симонов, принимавший непосредственное участие в этом деле177. Маленкову поручат взять на себя подготовку директивной статьи для «Правды». Ее предварительный вариант главный редактор «Правды» П.Н. Поспелов положит на стол Маленкову

27 января в 3:55 утра. В работе над статьей, кроме сотрудников редакции, примут участие К.М. Симонов, А.А. Фадеев, А.В. Софронов, В.М. Кожевников. После согласования со Сталиным и его личной правки статья получит название, под которым и выйдет

28 января из печати: «Об одной антипатриотической группе театральных критиков». «Глубоко отвратительный для советского человека, враждебный ему безродный космополитизм» – эта формула станет жупелом, использовавшимся в дальнейшем повсеместно в идеологической «работе» партии178.



Письмо К.М. Симонова Г.М. Маленкову о написании пьесы «Горький в Америке».

19 марта 1949 [РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 132. Д. 235. Л. 27–29]


26 марта канцелярия ЦК ВКП(б) зарегистрирует письмо руководителей Союза писателей Симонова и Софронова, адресованное Сталину и Маленкову. «В связи с разоблачением одной антипатриотической группы театральных критиков» они поставят вопрос об исключении из Союза писателей целой группы «критиков-антипатриотов». Судьбы подвергнутых критике литераторов сложатся по-разному179. На закрытом партсобрании Союза советских писателей 9 февраля 1949 года будет устроен настоящий погром с исключением из партии критиков, причисленных к этой группе. 10 февраля передовицу «Правды» опубликуют «Известия»; кампания, таким образом, достигнет одного из своих пиков. В течение февраля – марта «Правда» опубликует еще с десяток аналогичных статей, авторами которых будут высокопоставленные деятели советского искусства. Не останутся в стороне и общественно значимые фигуры вроде президента Академии художеств А. Герасимова, композитора Т. Хренникова, поэта Н. Грибачева, министра кинематографии И.Г. Большакова и др. К.М. Симонов 18 февраля выступит на собрании драматургов и критиков Москвы с изложением своего представления о космополитизме как глобальном политическом явлении и инструменте идеологической экспансии американского империализма. Космополиты, заявил он, станут ядром сил, занимающихся «преступной» работой, «враждебной советской драматургии». 19 марта 1949 года он напишет Маленкову и изъявит готовность написать пьесу «Горький в Америке». В этой пьесе Симонов считал возможным «ударить по космополитам»180.

На этот раз, однако, обойдется без привлечения органов госбезопасности, хотя возможности для такого поворота, конечно, имелись. В начале февраля Шепилов получит от одного из перепуганных «космополитов» – критика Варшавского, работавшего в газете «Советское искусство», – донос, в котором пойдет речь об истории возникновения «антипатриотической группы критиков» на ежемесячных «заседаниях» «в кабинете ресторана “Арагви”». Шепилов направит этот донос Маленкову и Абакумову181. Ни тот ни другой не дадут хода этому делу, а может быть, не получат санкции Сталина. Более того, градус истерии начнет снижаться. Главный редактор упомянутого «Советского искусства» В.Г. Вдовиченко 12 февраля направит Маленкову записку, в которой представит деятельность критиков уже как разветвленный сионистский заговор. К своему посланию он приложит и список из 83 подозреваемых с «еврейскими» фамилиями. Шепилов обратит внимание Маленкова, что Вдовиченко «поднял в газете “Советское искусство” крикливую шумиху, пытаясь изобразить дело так, что космополиты проникли повсюду». Чрезмерное рвение, проявленное Вдовиченко, приведет к прямо противоположным результатам. 7 апреля его освободят от занимаемой должности и направят на переподготовку в Академию общественных наук при ЦК182.

29 марта на совещании редакторов центральных газет секретарь ЦК М.А. Суслов призовет прекратить публиковать «крикливые» статьи. 7 апреля черту под этой кампанией подведет газета «Правда» редакционной статьей «Космополитизм – идеологическое оружие американской реакции», причем о внутренних «космополитах» в статье не будет уже ни слова.

Перейти на страницу:

Все книги серии Страницы советской и российской истории

Екатерина Фурцева. Женщина во власти
Екатерина Фурцева. Женщина во власти

Екатерина Фурцева осталась в отечественной истории как «Екатерина III». Таким образом ее ассоциировали с Екатериной II и с Екатериной Дашковой, возглавлявшей Петербургскую академию наук. Начав свой путь «от станка», на вершине партийной иерархии она оказалась в переломные годы хрущевского правления.Низвержение с политического Олимпа стало для нее личной трагедией, однако путь женщины-легенды только начинался. Роль, которую ей предстояло сыграть на посту министра культуры, затмила карьерные достижения многих ее удачливых современников. Ибо ее устами власть заговорила с интеллигенцией языком не угроз и директив, а диалога и убеждения. Екатерина Фурцева по-настоящему любила свое дело и оказалась достаточно умна, чтобы отделять зерна от плевел. Некогда замечательными всходами культурная нива Страны Советов во многом обязана ей.

Сергей Сергеевич Войтиков

Биографии и Мемуары
Жуков. Танец победителя
Жуков. Танец победителя

Акт о безоговорочной капитуляции Германии был подписан в Карлсхорсте в ночь с 8 на 9 мая. По окончании официальной церемонии присутствующих поразил советский представитель маршал Жуков. Он… пустился в пляс. Танец победителя, триумф русского характера и русской воли.Не вступая в публицистические дискуссии вокруг фигуры Георгия Жукова, автор прежде всего исследует черты, которые закрепили за ним в истории высший титул – Маршала Победы. Внимательно прослежен его боевой путь до Рейхстага через самые ответственные участки фронта: те, что требовали незаурядного полководческого таланта или же несгибаемой воли.Вольно или невольно сделавшись на пике славы политической фигурой, маршал немедленно вызвал на себя подозрения в «бонапартизме» и сфабрикованные обвинения. Масштаб личности Жукова оказался слишком велик, чтобы он мог удержаться наверху государственной пирамиды. Высокие посты при Сталине и при Хрущеве чередовались опалами и закончились отставкой, которую трудно назвать почетной. К счастью, народная память более благодарна. Автор надеется, что предлагаемый роман-биография послужит ее обогащению прежде всего.В формате PDF A4 сохранён издательский дизайн.

Сергей Егорович Михеенков

Андрей Громыко. Дипломат номер один
Андрей Громыко. Дипломат номер один

Андрей Андреевич входил в узкий круг тех, чьи действия влияли как на жизнь нашей страны, так и на развитие мировых событий. На протяжении четырех с лишним десятилетий от его позиции зависело очень многое, для Громыко же главное состояло в том, чтобы на всем земном шаре ни один вопрос не решался без участия Советского Союза. Однако по-настоящему его вклад до сих пор не осмыслен и не оценен.Энергия, редкая работоспособность, блестящая память, настойчивость -все это помогло Громыко стать министром. Наученный жизнью, он умело скрывал свои намерения и настроения и всегда помнил: слово – серебро, молчание – золото. Если можно ничего не говорить, то лучше и не говорить.Андрей Андреевич пробыл на посту министра иностранных дел двадцать восемь лет, поставив абсолютный рекорд для советского времени. После занял пост председателя Президиума Верховного Совета СССР, формально став президентом страны. Эта должность увенчала его блистательную карьеру.Но сегодня, благодаря рассекреченным документам и свидетельствам участников событий того времени, стало известно, что на сломе эпох Андрей Андреевич намеревался занять пост генерального секретаря ЦК КПСС.Настоящая книга представляет подробный анализ государственной деятельности Громыко и его роли в истории нашего государства.В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

Леонид Михайлович Млечин

Николай Байбаков. Последний сталинский нарком
Николай Байбаков. Последний сталинский нарком

В истории страны Николай Байбаков остался не как многолетний председатель Госплана СССР и даже не как политический долгожитель. Настоящее имя ему — отец нефтегазового комплекса. Именно Байбакову сегодняшняя Россия обязана своим сырьевым могуществом.Байбаков работал с И. В. Сталиным, К. Е. Ворошиловым, С. М. Буденным, Л. П. Берией, Л. М. Кагановичем, В. М. Молотовым, А. И. Микояном, Н. С. Хрущевым, Г. М. Маленковым, Л. И. Брежневым, М. С. Горбачевым… Проводил знаменитую косыгинскую реформу рука об руку с ее зачинателем. Он — последний сталинский нарком. Единственный из тех наркомов, кому судьба дала в награду или в наказание увидеть Россию XXI века.Байбаков пережил крушение сталинской системы власти, крушение плановой экономики, крушение СССР. Но его вера в правильность советского устройства жизни осталась несломленной.В книге Валерия Выжутовича предпринята попытка, обратившись к архивным источникам, партийным и правительственным документам, воспоминаниям современников, показать Николая Байбакова таким, каким он был на самом деле, без «советской» или «антисоветской» ретуши.

Валерий Викторович Выжутович

Биографии и Мемуары
Нет соединения с сервером, попробуйте зайти чуть позже