«Практический работник» Георгий Маленков

К ним будет причастен и Маленков. Важным элементом идеологического наступления станет статья Ильи Эренбурга «По поводу одного письма», опубликованная в «Правде» 21 сентября 1948 года. Главным ее выводом станет утверждение о том, что ленинско-сталинская национальная политика давно покончила с антисемитизмом. За несколько дней до публикации Маленков пошлет Сталину оттиск статьи со своей запиской. «Перед отъездом в отпуск, – напомнит он, – Вы дали указание подготовить статью об Израиле. Дело несколько задержалось из-за отсутствия в Москве Эренбурга. На днях Эренбург прибыл. Мы с Кагановичем, Поспеловым и Ильичевым имели с ним разговор. Эренбург согласился написать статью…» На оттиске помощник Сталина Поскребышев оставит пометку: «Товарищ Сталин согласен»¹⁹⁵.

Этим дело не ограничится. 21 ноября 1948 года члены Бюро Совмина СССР примут от помощника Сталина Поскребышева по ВЧ проект постановления «Об Еврейском антифашистском комитете». Этим постановлением Бюро Совмина поручало Министерству государственной безопасности «немедля распустить Еврейский антифашистский комитет, так как… этот Комитет является центром антисоветской пропаганды и регулярно поставляет антисоветскую информацию органам иностранной разведки». Органы печати этого комитета предписывалось закрыть, «дела комитета забрать». Завершался проект многозначительной директивой: «Пока никого не арестовывать». Телефонным опросом проголосовали «за» Маленков, Вознесенский, Косыгин, Каганович, Булганин, Микоян¹⁹⁶.

Вскоре дело ЕАК развернется на полную катушку. 4 декабря министр госбезопасности Абакумов направит Сталину, а также Молотову, Берии, Маленкову и Кузнецову записку. Вывод Абакумова гласил: «…обнаруженные при роспуске Еврейского антифашистского комитета документы подтверждают… что комитет… по существу превратился в антисоветский центр, который, ориентируясь на Америку, проводил в СССР подрывную работу»¹⁹⁷. Сталин даст санкцию на аресты.

Маленков, проголосовавший «за» внесенное Сталиным предложение (в числе других), стал одним из активных акторов разворачивавшейся драмы. 13 января 1949 года Маленков и председатель Комитета партийного контроля при ЦК М.Ф. Шкирятов направят Сталину докладную записку о состоявшейся у них «беседе» с С.А. Лозовским.

С.А. Лозовский (Дридзо) – советский партийный деятель, заслуженный участник революционного движения, родился в 1878 году. В 1901-м вступил в РСДРП, в 1905-м примкнул к большевикам. Делегат VIII–XVIII съездов партии, член и кандидат в члены Исполкома Коминтерна, секретарь Профинтерна, член ВЦИК и ЦИК СССР, депутат Верховного Совета СССР 1-го и 2-го созывов (1937–1950). В 1939–1946 годах – заместитель наркома иностранных дел, чрезвычайный и полномочный посол. Одновременно с июля 1941-го – заместитель, а в 1945–1948 годах – начальник Совинформбюро. В общем, более чем заслуженный и многократно проверенный большевик, уцелевший в годы Большого террора. При нем одним из направлений деятельности Совинформбюро стало курирование пяти международных антифашистских организаций, в том числе Еврейского антифашистского комитета.

Беседу с Лозовским, состоявшуюся в кабинете Маленкова, точнее будет определить как допрос, по партийной линии, но допрос. Именно так поименует жанр состоявшегося разговора сам Маленков, когда спустя несколько дней подготовит проект постановления Политбюро. Запись этой беседы сохранилась. В июне 1962 года ее комментировал и расшифровал некоторые неразборчивые фрагменты вызванный Шкирятовым сотрудник Комитета партийного контроля А.Н. Виноградов, сделавший запись этой беседы в кабинете Маленкова¹⁹⁸. Из ее текста и его разъяснений мы знаем, что вся беседа проведена именно Маленковым, Шкирятов лишь однажды вступает в разговор. Главный предмет беседы – выяснение роли Лозовского в подготовке обращения Еврейского антифашистского комитета к советскому руководству о создании в Крыму еврейской автономии.

Поначалу Лозовский попытается настаивать на том, что не помнит обстоятельств дела, но довольно скоро подтвердит, что руководители ЕАК Михоэлс и Фефер действительно обращались к нему за советом по этому вопросу. Подтвердит Лозовский и то, что он взялся отредактировать проект обращения.

– Зачем правили? – спросит Маленков. – Значит, соглашались?

– Нет, – ответит Лозовский.

– Должна быть логика, – обратит внимание собеседника Маленков. – Если были против и сказали об этом, они (Михоэлс и Фефер) послушались бы. А если правил [проект обращения], значит, согласен.

Постарается Маленков подтвердить взаимосвязь поставленного ЕАК вопроса о еврейской республике в Крыму с интересом, проявленным к этому делу со стороны американских заинтересованных кругов и «еврейского правительства». Лозовский фактически согласится с такой интерпретацией.

«Должны были дать отпор», – скажет Маленков.

«Я допустил серьезную ошибку», – заявит Лозовский. «Да, это ошибка», «это промах серьезный», в конце концов несколько раз в ходе «беседы» признает он¹⁹⁹.