«Практический работник» Георгий Маленков

Было рекомендовано прекратить искусственное насаждение сельскохозяйственных производственных кооперативов, не оправдавших себя на практике и вызывающих недовольство крестьянства, распустить те из них, которые были созданы принудительно. Признавалось также целесообразным отказаться от вытеснения среднего и мелкого капитала, обеспечить привлечение частного капитала в мелкую и кустарную промышленность, сельское хозяйство, торговлю, не допуская, однако, его концентрации в крупных масштабах. Отмечалось, что следует предусмотреть выделение частным предприятиям сырья, топливно-энергетических ресурсов, а также пересмотреть систему налогообложения частных предприятий, «убивающую у них стимул к участию в хозяйственной жизни». Планировалось пересмотреть пятилетний план развития народного хозяйства ГДР с целью сокращения темпов развития тяжелой промышленности и резкого увеличения объемов производства товаров массового потребления. Была поставлена задача ликвидировать карточную систему снабжения продовольственными товарами. В распоряжении обращалось внимание не только на проблемы экономического развития, было также указано: «Принять меры к укреплению законности и обеспечению демократических прав граждан, отказаться от жестких карательных мер… пересмотреть дела репрессированных граждан… внести соответствующие изменения в существующее уголовное законодательство».

Как выяснится позднее, принятию этого распоряжения Совмина предшествовала дискуссия, развернувшаяся между членами Президиума ЦК. На январском 1955 года пленуме ЦК Маленков заявит, что проект этого документа рассылался членам Президиума и был в целом согласован. Возражения возникли лишь у В.М. Молотова, который расскажет о ходе обсуждения «германского вопроса», развернувшегося в мае 1953-го. По его словам, оно показало, что Маленков и Берия отказываются поддерживать политический курс на постепенное строительство социализма в ГДР, курс на все более тесное сближение с Советским Союзом. После обсуждения этого вопроса в Президиуме была создана комиссия в составе Берии, Маленкова и Молотова, которым было поручено сформулировать проект решения. Через пару дней Молотов получит на согласование проект, подготовленный Маленковым и Берией. По словам Молотова, «в этом проекте прямо указывалось на то, что проводимый в Германской Демократической Республике курс на строительство социализма неправилен». Молотов позвонит Маленкову и скажет, что такую формулировку считает «неправильной», поскольку, заявив о «неправильности курса на строительство социализма в ГДР, мы тем самым признали бы правильность противоположного курса, то есть курса на восстановление капитализма, с чем нельзя согласиться». Молотов предложит уточнение. Оно заключалось не в отказе от строительства социализма в целом, а в том, «что ЦК нашей партии признает неправильным курс на форсированное строительство социализма в ГДР». На это Маленков не ответит ни да ни нет. Молотову станет ясно, что Маленков хочет знать мнение Берии. Поняв это, Молотов позвонит Берии и выскажет ему те же, что и Маленкову, соображения. Берия, видимо, поняв, что в случае разногласий предстоит новое обсуждение на Президиуме, не станет долго спорить и даст согласие на формулировку Молотова. После этого и Маленков согласился с формулой Молотова, которая и войдет в окончательный вариант распоряжения Совмина. Так позднее будет вспоминать об этом эпизоде Молотов⁷⁴.

Летом 1944 года Сталин во время переговоров с премьер-министром Польши С. Миколайчиком, отвечая на высказывание последнего о послевоенном устройстве Германии, сформулирует в афористичной манере свое мнение по этому вопросу: «Коммунизм, – скажет он, – подходит Германии как корове седло». Сталин, судя по всему, с самого начала скептически оценивал перспективы насаждения в Восточной Германии социализма по советскому образцу. Ни Берия, ни Маленков в упомянутых переговорах участия не принимали, но, судя по всему, в политическом дискурсе первых послевоенных лет эта тема явно присутствовала, оказав влияние на формирование представлений Берии и Маленкова о целесообразном, по их мнению, политическом курсе в отношении ГДР, исключавшем для этой страны «светлое коммунистическое будущее» в близкой исторической перспективе.