«Практический работник» Георгий Маленков

Если посмотреть на повестки дня заседаний Политбюро в эти же дни, мы увидим, что там рассматривали куда большее количество вопросов, причем не только политических, а ключевых военных и военно-технических, позднее в большинстве своем перешедших в ведение ГКО. 22 июня Политбюро утверждает проекты указов Президиума Верховного Совета СССР «О мобилизации военнообязанных…», «Об объявлении в отдельных местностях СССР военного положения», «О военном положении», «Об утверждении Положения о военных трибуналах…». 23 июня Политбюро принимает постановление СНК и ЦК «О Ставке Главного командования Вооруженных сил Союза ССР», утверждает назначения командиров не только высшего, но и среднего звена, включая командиров дивизий, постановление о производстве брони и танков КВ, издает постановление СНК о борьбе с парашютными десантами и диверсантами противника в прифронтовой полосе и т. д. В июле 1941-го Маленков получит от Молотова проект постановления ЦК об организации борьбы в тылу германских войск, которым будет положено начало партизанскому движению. Маленков внесет свои предложения и в этот проект¹³. Другими словами, именно Политбюро в начальный период войны играет ту роль центра, которая затем «переоформляется» на ГКО. О дезорганизации управления и дезориентации руководства страны свидетельствуют некоторые из документов Политбюро. Так, 24 июня принимается постановление о выделении Украинской ССР в июне 1941 года дополнительно к рыночному фонду муки и кукурузы для продажи населению горных районов западных областей УССР, уже захваченных вермахтом. В первых постановлениях и распоряжениях ГКО еще можно встретить немыслимые стилистические конструкции вроде «Государственный Комитет Обороны предлагает…». Вскоре положение начнет меняться. Уже через неделю, 8 июля, ГКО рассматривает 20 вопросов и принимает решения по ним.

Проект постановления ЦК ВКП(б) об организации борьбы в тылу германских войск с замечаниями Г.М. Маленкова. [Не позднее 18 июля 1941]

Подлинник. Машинописный текст, правка – автограф Г.М. Маленкова. [РГАСПИ. Ф. 83. Оп. 1.Д. 29. Л. 15]

С течением времени ГКО, как кажется, концентрирует всю власть в стране и не делит ее ни с каким другим государственным или политическим органом управления. Такая трактовка близка к реальности, но все-таки представляется упрощенной. Она основана на институциональном подходе к анализу системы управления. А все институты управления между тем были собраны, образно говоря, в один мешок, и бочонки этого своеобразного «русского лото» вместе с их кадровым содержимым вынимала рука Хозяина. ГКО – это точно найденный в чрезвычайных обстоятельствах не только и не столько институт управления, а скорее (особенно на первом этапе) легитимная форма репрезентации государственным органам и обществу решений все той же самой группы высших управляющих, и до этого момента сосредоточивших в своих руках все рычаги управления.

ГКО собирался нерегулярно, в неполном составе. Большинство вопросов решалось единолично Сталиным, уполномоченными им сотрудниками или опросом. Специального аппарата ГКО, в общем, не существовало, каждый из его членов распоряжался тем аппаратом управления, который находился в его распоряжении по факту занимаемой должности. ГКО, таким образом, использовал аппараты ЦК ВКП(б), Совнаркома, Госплана, НКВД, Наркомата обороны. Смешение функций органов управления было нормой, и в зависимости от обсуждаемого вопроса Сталин распоряжался оформить то или иное решение как директиву ГКО, Ставки, СНК или Политбюро. Как вспоминал начальник тыла Красной армии генерал Хрулев, «некоторые думают, что Сталин никогда ничего не забывал… На самом деле это не так. Ежедневно решая сотни… дел, Сталин давал подчас самые противоречивые указания, взаимно исключавшие друг друга. Поскольку никаких стенограмм и протоколов при этом не велось, то некоторые его распоряжения оставались невыполненными… Заседаний ГКО в обычном понимании, т. е. с определенной повесткой дня, секретарями и протоколами, не было»¹⁴.

ГКО, не имея собственного аппарата, с первых дней своего существования стал назначать уполномоченных – не только в центре, но и на оборонные заводы и территории. Своим специальным решением ГКО создавал местные чрезвычайные органы – городские и аналогичные комитеты обороны (насчитывалось более 60), в руках которых была сосредоточена вся гражданская и военная власть.