16 июля Маленков напишет постановление ГКО «О Можайской линии обороны»69. К этому времени он очень приблизится к Сталину, который будет ему доверять настолько, что Маленков станет позволять себе не визировать сталинские диктовки у Хозяина, а просто проставлять на своих записях пометки «тов. Сталин “за”» или «оформить». Так произойдет, например, еще с одним постановлением ГКО, касавшимся Можайской линии обороны, от 23 июля. На постановлении ГКО «О противовоздушной обороне Москвы» от 9 июля мы находим пометы Маленкова: «т. Сталин за, т. Молотов за, Берия за. Оформить». 1 декабря 1941 года секретарь Ростовского обкома партии Двинский получит из Москвы шифротелеграмму за подписью Сталина. Ее оригинал также будет записан рукой Маленкова и подписан Сталиным. «Теперь можно считать доказанным, – запишет Маленков, – что ростовские военные и партийные организации оборону Ростова вели из рук вон плохо и преступно легко сдали Ростов»70.
Став ближайшим сотрудником Сталина, Маленков начнет получать и исполнять его оперативные поручения. 4 августа 1941 года секретарь Ярославского обкома Н.С. Патоличев направит вождю шифротелеграмму, в которой сообщит, что «до настоящего времени» Ярославль и Рыбинск не имеют «активных средств обороны». Сталин наложит резолюцию: «Маленкову. Выяснить, что можно сделать»71.
Неформальное положение Маленкова в кремлевской иерархии отразится в широте того круга вопросов, о которых его станут информировать руководители разных ведомств. 1 июля Маленков получит из НКГБ докладную записку об итогах проверки охраны помещений и хранения военно-оперативных совершенно секретных документов в Генеральном штабе РККА72. Еще один вопрос Генерального штаба не может не привлечь к себе нашего внимания. 5 января 1942 года военком Генштаба Боков направит Сталину и Маленкову записку о «существенных недостатках» в работе Генштаба. К таковым Боков отнесет слабость организационной работы, руководства штабами фронтов, армий и управлениями внутри Генштаба, а также слабую постановку проверки выполнения приказов и директив Ставки и НКО.
Причиной такого состояния дел Боков назовет отсутствие достаточного числа способных оперативных работников. Решать практически эту проблему придется, судя по всему, именно Маленкову. На экземпляре записки, предназначенном для Маленкова, помощник последнего, Жуков, в декабре того же года напишет: «Вопросы, поставленные в письме т. Бокова, рассмотрены. Назначения на руководящие должности в Генштаб и Оперативное управление проведены приказом наркома обороны»73.
6 августа 1941 года начальник Генштаба РККА Шапошников направит Маленкову сообщение о ходе боев под Осташковом74. Именно Маленков в конце августа 1941-го получит от начальника Главного артиллерийского управления РККА Яковлева первый экземпляр докладной о ходе вооружения дивизий народного ополчения Московского военного округа, а двум замнаркома обороны – начальнику Генштаба Шапошникову и начальнику Главупраформа Щаденко уйдут лишь второй и третий экземпляры75.
Еще одно поручение Яковлеву Маленков передаст через помощников: «Сказать, чтобы позвонил мне». Размашистую резолюцию Маленков наложит на проекте распоряжения ГКО, который направит в его адрес ни много ни мало – зам. председателя ГКО Молотов. Маленков решительно вычеркнет согласующие визы Молотова и Вознесенского и потребует «этот лист исправить»76.