Предназначение человека. От Книги Бытия до «Происхождения видов»

В этом легко убедиться, если обратить внимание на то, что происходит, когда человека исключают из социальной группы. Большинству из нас знакома боль, следующая за таким отстранением. Что интересно, люди чувствуют эту боль, даже когда социальные отношения только установились и остаются поверхностными. В рамках онлайн-игры «Кибербол» (Cyberball) социальный психолог Киплинг Уильямс провел эксперимент, доказывающий, что даже в сети незнакомые люди способны вызывать друг у друга сильные эмоции. Изначально игроки должны были взаимодействовать в группах в режиме онлайн. Затем, по истечении нескольких минут совместной игры, одного человека исключали из группы. Уильямс установил, что исключенные игроки чувствовали гнев, печаль, уныние, беспомощность и в какой-то мере даже ощущали, что утратили смысл жизни[283].

Рассмотрим другие неприятные эмоции, сопутствующие нашим товарищеским отношениям. Стыд, смущение и вина, очень заметные у людей, но не столь очевидные у животных, позволяют нам демонстрировать личную приверженность группе, когда наше общественное положение находится под угрозой. В некоторой степени эти эмоции помогают улучшить социальные отношения, которые начали развиваться неблагополучно[284].

Многие ученые, в том числе Кристофер Бём и Ричард Рэнгем, утверждают, что наша моральная психология формировалась в то время, когда статус социального изгоя был чрезвычайно опасен и почти всегда приводил к смерти. Следовательно, можно говорить о том, что природа отвергала черты, которые вели к социальной девиации. Но не менее справедливо и то, что природа избирала признаки, улучшающие нашу социальность. А что, если человеческие отношения стали настолько необходимыми, что она избирала и само поведение, приводящее к длительным отношениям? Вероятно, это делалось с тем расчетом, что в какой-то момент альтруизм, сотрудничество, любовь, доброта и другие эмоции, направленные на благо общества, станут необычайно важными. По всей видимости, так и случилось. Мы уже видели на примере крушения «Графтона», как могут развиваться некоторые из этих черт, поскольку естественный отбор действовал на более высоком уровне, чем индивидуальный[285].

Независимо от того, как именно эволюция развила в нас способность к сотрудничеству, отношения (как и взаимодействие, необходимое для их поддержания), по-видимому, высоко ценились и вознаграждались в человеческом обществе. Эволюция распорядилась таким образом, что сегодня гармоничные и теплые отношения приносят радость почти всем людям. Как мы увидим в главе 9, ценность и теплота отношений – это сильнейший предиктор личного благополучия и счастья. Такая «психологическая архитектура» невероятно вдохновляет.

Глава 6 Страсть и любовь

Луговые полевки, морские коньки, бобры и белоголовые орланы, как правило, образуют пары на всю жизнь. Другие животные, такие как моржи и куры, склонны к промискуитету. Но что же люди? Моногамны мы по природе или распутны? Многие философы и психологи утверждают, что люди по сути своей сексуально распущенны, а традиционные моральные нормы, связанные с сексуальностью, только ограничивают нас и мешают наслаждаться удовольствием и свободой. Некоторые даже объявили, что моногамия противоречит нашей природе[286]. Так ли это? Если и так, то лишь отчасти.

С эволюционной точки зрения склонность к промискуитету объясняется очень легко. Эволюционирующий самец-гоминид, оплодотворивший многих самок, получает значительную эволюционную выгоду. Если говорить об этом вне связи с биологией, то движущей силой нашего распутного поведения, как правило, в первую очередь становится похоть (небольшая оговорка по поводу терминов: я буду говорить о склонности к поиску многих сексуальных партнеров как о сексуальной распущенности или как о краткосрочной репродуктивной стратегии).

А что насчет преданности в любви, которую антропологи могли бы назвать длительными отношениями пары? Среди млекопитающих долговременная связь между мужской и женской особями встречается нечасто. Шимпанзе и бонобо – которые, как говорят, являются нашими ближайшими родственниками – совершенно неразборчивы в половых связях. Так как же люди обрели способность к моногамии? (Еще одно краткое замечание по поводу терминов: такие определения, как долгосрочная репродуктивная стратегия, парная связь, моногамия и привязанность, в данной книге являются синонимами, обозначающими способность к постоянным отношениям[287].)