Прибалтика. Полная история

«Отказаться в крайних случаях от совета и участия иностранцев было бы то же, что по внушению патриотизма не давать больному хины[9], потому что она растет не в России».

Но, к сожалению, националистическая логика действует в России и по сей день, а в 1812 году именно она погубила «иноземца» Барклая-де-Толли, сделав его положение практически безвыходным. Другое дело – М. И. Кутузов. С его приездом в армию сразу родилась поговорка: «Приехал Кутузов бить французов».

При этом Кутузов лишь продолжил то, что начал Барклай. Фактически он делал именно то, за что Барклая обвиняли в предательстве, в пособничестве французам. В 1812 году все было сделано для того, чтобы истощить Наполеона, и любой мало-мальски непредвзятый человек понимает, что дело вовсе не в том, кто командует армией, а в том, что в борьбе против Наполеона в эти дни войны была пригодна лишь одна тактика. И придумал ее, а потом начал осуществлять «немец» М. Б. Барклай-де-Толли. И его не простили. А вот Кутузова никто не упрекал за продолжение отступления, за оставление Москвы, за неспешность преследования и за провал операции у реки Березины.

Глава двадцатаяПрибалтийский (остзейский) край

После войны Прибалтийский (Остзейский) край состоял из трех губерний: Курляндской, Лифляндской и Эстляндской. До 1876 года он представлял собой особую административную единицу (генерал-губернаторство) Российской империи. После 1876 года он уже не был особой административной единицей, но во многих отношениях губернии, его составлявшие, имели немало общего между собой и разительно отличались от других регионов России.

В ходе Северной войны в состав России была включена большая часть Прибалтики, составив Рижскую (Лифляндскую) и Ревельскую (Эстляндскую) губернии. Своими указами Петр I сохранил за прибалтийским немецким дворянством и бюргерством старинные привилегии и систему сословного дворянского управления, сложившуюся еще в период шведского господства XVI–XVII вв.

Прибалтийский (Остзейский) край юридически рассматривался как инкорпорированная территория в составе Российской империи. И хотя, как уже говорилось, в основе управления краем лежал принцип сохранения привилегий остзейских баронов, центральная власть стремилась утвердить русские государственные начала, то есть управление по общероссийскому образцу. Естественно, это стремление постоянно сталкивалось с сопротивлением «господствующего немецкого племени», имевшего свои исторические права и учреждения, которыми оно дорожило, и сохранение которых было ему обещано.

Правительственная администрация в каждой из прибалтийских губерний была представлена назначенным верховной властью генерал-губернатором.

Сначала, в 1710 году, Рижской губернией стал руководить рижский генерал-губернатор. В 1782 году власть рижского генерал-губернатора была распространена и на Эстляндскую губернию. С этого момента появился единый Прибалтийский генерал-губернатор. В начале XIX века в генерал-губернаторство вошла и Курляндская губерния.

При генерал-губернаторе находились советники из местных дворян. При этом (помимо генерал-губернатора) во главе трех губерний края стояли еще и гражданские губернаторы.

Интересно отметить, что в перечне фамилий генерал-губернаторов можно найти и фельдмаршала Н. В. Репнина, и князя С. Ф. Голицына, и графа Ф. Ф. Буксгевдена (представителя тех самых Буксгевденов, что вели свой род от Альберта фон Буксгевдена, первого епископа Ливонии и основателя Риги), и князя А. А. Суворова-Рымникского (внука знаменитого генералиссимуса). А последним в этом списке значится князь П. Р. Багратион (племянник героя Отечественной войны 1812 года П. И. Багратиона). Этот Багратион употреблял все меры к объединению Остзейского края с прочими областями Российской империи и к преобладанию в этом крае русского элемента, причем он всегда был готов на упорную борьбу со всем, что противодействовало русификации.

Должность Прибалтийского генерал-губернатора была упразднена 25 января 1876 года.

Огромную роль в местном управлении и суде Прибалтийского (Остзейского) края играли сословные учреждения местного дворянства – ландтаги. По сути, это были дворянские собрания (или съезды), собираемые раз в три года. В промежутках между съездами права и обязанности ландтага переходили к избираемым на ландтагах учреждениям: в Эстляндской губернии – к дворянскому комитету, в Лифляндской губернии – к дворянскому конвенту.

Захватив во время Северной войны Ригу и Ревель, Петр I заинтересовался системой местных губернских советов ландратов, изучил ее и 24 апреля (5 мая) 1713 года ввел своим указом аналогичную систему. В результате, в крае были созданы ландрат-коллегии, название которых происходило от немецких слов «land» (земля, страна) и «rat» (совет, советник).