Принципы назначения наказания

Назначение наказания следует понимать как процесс подготовки и принятия решения о применении к виновному в совершении преступления уголовно-правовой санкции. Эту функцию, как известно, осуществляют судебные органы. Судебная деятельность по назначению наказания оказывает существенное влияние не только на состояние преступности, но и непосредственно или опосредованно на общественную жизнь в целом. Поэтому обеспечение функционирования правосудия по уголовным делам в соответствии с наиболее актуальными общественными потребностями приобретает важное социальное значение. В литературе справедливо отмечается, что «выявление складывающихся в области судебной деятельности проблемных ситуаций — одно из важнейших условий плодотворности научного поиска»[286]. Судебная деятельность по рассмотрению конкретных уголовных дел генетически и функционально связана с прошлой преступностью. Применением уголовного наказания судебная система стремится изменить в желательном для общества направлении состояние будущей преступности посредством частного и общего предупреждения преступлений. Совокупность прогнозируемых, планируемых или полученных положительных изменений в будущей преступности образует предупредительный эффект судебной деятельности по уголовным делам. Однако состояние будущей преступности предопределяется ее причинами, и в этом плане непосредственным объектом судебной деятельности являются также субъективные причины преступного поведения, т. е. тот элемент криминогенного комплекса, который находится в пределах досягаемости уголовного наказания. Названные причины сосредоточены в личностных характеристиках виновных в совершении преступлений, а также потенциальных правонарушителей, т. е. лиц, склонных к совершению преступлений. Вопросы о назначении наказания являются частью общей проблемы взаимоотношения общества и личности, поэтому принципы рассматриваемого уголовно-правового института, в конечном счете производим от тех общих начал, на которых строятся отношения между обществом и личностью в условиях правового государства. Практика судебной деятельности показывает, что общих законодательных начал назначения наказания недостаточно для выбора и назначения максимально-целесообразного вида и размера наказания. Поэтому ни в какой другой области судебной деятельности не допускается столько судебных ошибок, сколько при решении вопросов, связанных с назначением наказания.

Так, примером может служить уголовное дело, рассмотренное Санкт-Петербургским городским судом по обвинению С. в совершении преступлений, предусмотренных п. «к» ч. 2 ст. 105 и п. «б», «в» ч. 2 ст. 158 УК Российской Федерации. 10 января 2002 г. С., имея неснятую и непогашенную судимость за кражу, совершенную с незаконным проникновением в квартиру, совершил новые преступления — убийство гр. Н. и кражу из квартиры гр. Н. имущества на общую сумму 120 000 рублей.

Как видно из материалов дела в 1999 г., С. за совершение квартирной кражи был приговорен Петроградским районным судом Санкт-Петербурга к четырем годам лишения свободы условно. Во время испытательного срока С., совершая хищение имущества из квартиры Н., был застигнут потерпевшим на месте преступления, после чего С. с целью скрыть совершенное им преступление совершил убийство Н. и с похищенным скрылся, но был изобличен и задержан сотрудниками милиции[287].

Данное уголовное дело является наглядным примером ошибки Петроградского районного суда Санкт-Петербурга при назначении С. наказания. С. являлся профессиональным преступником, специализирующимся на квартирных кражах, и условное наказание ничем не было оправдано и привело к совершению С. нового особо тяжкого преступления.

Дело в том, что указание закона и рекомендации вышестоящих судебных инстанций относительно того, что мера наказания должна быть назначена в пределах санкции с учетом характера и степени общественной опасности преступлений и личности виновного, не дают суду конкретного ответа на вопрос, следует ли назначить данному подсудимому 3 или 5 лет лишения свободы, а может быть год исправительных работ. Этот вопрос решается каждый раз во время изучения психологии, социологии, уголовно-исправительной педагогики и других дисциплин. Конечно, можно положиться и на собственный опыт, на сложившуюся практику. Но было бы куда более эффективно, если бы судья знал хотя бы основные положения теории по этим вопросам.