«Вместе с тем определить необходимую меру наказания на практике далеко не просто, — пишет Г. П. Новоселов, — тем более что многие вопросы, связанные с этой проблемой, не разрешены законодательно и не освещены в научно-теоретической литературе»[288]. Итак, определяя вид и размер назначенного наказания, суд во время вынесения приговора не знает, будут ли достигнуты цели наказания или нет, ибо судебное решение о возможности достижения этих целей предназначено для будущего. А это приводит к тому, что для эмпирической интерпретации ст. 58 УК Азербайджанской Республики («Общие начала назначения наказания») каждый судья в каждом конкретном случае ищет ответ на вопрос: справедливо ли назначено наказание?
Можно умело расследовать дело, хорошо с точки зрения профессионального мастерства и культуры провести судебный процесс, а затем неправильным, несправедливым назначением наказания свести на нет всю эту работу. З. Астемиров и Ю. Байбаков правильно отмечают, что «приговором подводится итог всей предшествующей работе по воспитательному влиянию на правонарушителя, оказанному в ходе расследования и разбирательства дела, а также намечается на будущее процесс его исправления и перевоспитания»[289].
Ввиду того, что решение суда оказывает существенное влияние на судьбу лица, совершившего преступление, общество вправе требовать от суда предвидеть: какое необходимо оказывать воздействие на то или иное лицо и какое действительно воздействие окажет приговор на осужденного в ходе отбывания наказания, к которому он его осудил. Следовательно, определяя вид и размер назначенного наказания, суд тем самым обязан дать не только конкретную оценку характера и степени общественной опасности преступления и личности преступника, но и должен сделать конкретный вывод о том, что определенного им видом и размером наказания объема уголовно-исправительного воздействия будет достаточно для достижения целей исправления и перевоспитания данного осужденного, общего и специального предупреждения[290]. А это значит, что судебное решение о наказании предназначено для будущего.
Прогностический аспект назначения наказания заключается в двух моментах. Во-первых, судебное решение необходимо рассматривать, как предписание поместить осужденного в такие условия, в рамках которого определенное судом исправительно-карательное воздействие будет способствовать наиболее эффективному достижению основных целей наказания. Во-вторых, судебное решение следует понимать как средство для удержания как самого осужденного, так и других лиц от совершения преступления.
Поэтому назначенное наказание есть вероятностное логическое осуждение, т. е. прогноз. Лайош Надь пишет: «Назначенное наказание — это прогноз, силлогизм, выведенный из существующих в данное время причин в отношении последствий, которые должны наступить в будущем, предвидение того, что назначенное в настоящем наказание в будущем приведет к осуществлению его цели, а именно — обеспечит восстановление социальной справедливости, исправления осужденного и предостережет членов общества от совершения преступления»[291].
Прогностическая сущность наказания состоит в том, что все цели наказания — восстановление социальной справедливости, исправление осужденного, общее и специальное предупреждение направлены на будущее. Поэтому при решении вопроса о назначении наказания, т. е. при выборе вида и размера наказания, суд исходит прежде всего из того, что наказание содержит не то, что есть, а то, что должно быть.