Принципы назначения наказания

Некоторые авторы в число факторов, определяющих общественную опасность совершенного преступления, включают личность виновного[304]. Существует даже мнение о полной и исключительной зависимости общественной опасности деяния от характеристики личности виновного, в том числе и от ее изменений после совершения преступления[305]. Однако представительна группа авторов, рассматривающих общественную опасность совершенного преступления и социально-психологическую характеристику личности виновного в качестве объективных факторов, не находящихся в соотношении целого и части и при назначении наказания подлежащих самостоятельному учету[306].

Вторая точка зрения представляется правильной по следующим соображениям: а) в ст. 58.3 УК Азербайджанской Республики общественная опасность преступления и личность виновного названы в качестве самостоятельных оснований индивидуализации наказания, и потому попытки рассматривать их как частично или полностью совпадающие друг с другом противоречат закону; б) признание зависимости оценки социального содержания преступления от характеристики личности виновного подрывает сущность права как применения одинакового масштаба к различным людям; в) содержание подлежащих измерению и учету внешних проявлений личности виновного не может быть сведено лишь к факту совершения преступления и нуждается в отражении и оценке с более широких социальных позиций; г) даже если содержание личности виновного ограничить ее общественной опасностью, то и в этом случае последняя далеко не всегда находит адекватное отражение в общественной опасности совершенного преступления (может быть больше или меньше ее).

Таким образом, личностные свойства виновного, во-первых, выходят за рамки внешнего проявления в совершенном преступлении и, во-вторых, непосредственно не участвуют в формировании его общественной опасности. Общественная опасность преступления и характеристика личности виновного — самостоятельные основания индивидуализации наказания.

В целом в уголовно-правовой науке господствует социологический подход к определению сущности общественной опасности преступления. Его характеризует стремление рассматривать эту категорию с точки зрения функциональной связи преступного деяния с системой общественных отношений, охраняемых уголовным законом. При таком подходе общественная опасность трактуется как особая вредность совершенного деяния, как причинение или возможность причинения им существенного ущерба социальной системе. «Общественная опасность, — пишет В. Н. Кудрявцев, — важнейшая социальная характеристика преступления, но она отражает только одну его сторону: тот вред, который причинен или может быть причинен обществу преступным поведением»[307].

В основном данный подход представляется правильным, но нуждается в существенных уточнениях. Бели при определении общественной опасности ограничиться указанием на вредоносность, то этого окажется недостаточным ни для содержательной характеристики общественной опасности, ни для установления тех свойств деяния, которые ее формируют, что подтверждается отсутствием единства взглядов по этим вопросам среди тех, кто сущность общественной опасности усматривает по вредоносности[308]. Следует заметить, что среди философов и этиков также существуют значительные расхождения во взглядах на факторы, подлежащие учету при оценке социальной значимости человеческого поведения[309].

Отсутствие единства мнений по вопросу о содержании одного из важнейших понятий уголовно-правовой науки обусловлено четырьмя недостатками методологического характера. Во-первых, чрезмерной абстрактностью и лаконичностью существующих определений общественной опасности, недоведением теоретической разработки этой категории до уровня, при котором исключалась бы неоднозначная интерпретация ее содержания и создавались бы предпосылки для создания системы конкретных показателей, отражающих это содержание и позволяющих обеспечить его эмпирическое измерение. Во-вторых, стремлением «строить здание» общественной опасности начиная с «крыши», т. е. с критериев и показателей оценки общественной опасности, в то время как методологически правильнее начинать с определения того, что (а не как) подлежит измерению и оценке. В-третьих, отсутствием комплексного подхода к решению проблемы и акцентированием внимания на отдельных компонентах общественной опасности и отдельных углах зрения, через призму которых они должны рассматриваться.

Преступления, попадающие под признаки одной и той же диспозиции, т. е. тождественные по своей видовой принадлежности, могут более или менее существенно (в зависимости, в частности, от широты диспозиции) отличаться друг от друга по своей типовой общественной опасности. Не оказывая влияния на квалификацию, эти различия имеют важное значение для выбора наказания. В результате возникает проблема внутривидовой классификации преступлений по характеру и степени их типовой общественной опасности.