Принципы назначения наказания

Действительно, степень общественной опасности в рамках одного состава преступлений может быть очень различной. Например, статья 129 УК Азербайджанской Республики предусматривает ответственность за умышленное причинение тяжкого или менее тяжкого вреда здоровью в состоянии внезапно возникшего сильного душевного волнения (аффекта). Безусловно, что при причинении тяжкого вреда здоровью в этом случае степень общественной опасности гораздо выше, чем при причинении менее тяжкого вреда здоровью в аналогичной ситуации. Поэтому суд в первом случае при всех прочих равных обстоятельствах, безусловно, должен назначить более суровое наказание, чем в последнем. Наказание, на наш взгляд, в первом случае должно быть приближено к верхнему пределу санкции, установленной в ст. 129 УК Азербайджанской Республики; во втором же — к нижнему. Несоблюдение этого правила, по нашему мнению, означает несоблюдение ст. 58.3 УК Азербайджанской Республики, обязывающей суд учесть степень общественной опасности преступления.

К названной проблеме внимание криминалистов стало обращаться сравнительно недавно, и пока еще она находится в стадии постановки и поисков общих подходов, а не разработки конкретных решений.

Принципиальная возможность классификации одновидовых преступлений сомнений не вызывает хотя бы потому, что с использованием этого же основания (общественной опасности) в законодательстве осуществлено распределение преступлений по степени их тяжести. Столь же очевидно, что внутривидовое распределение (шкалирование) преступлений по их типовой общественной опасности (например, на три группы: пониженной, средней и повышенной общественной опасности) имело бы важное значение для назначения наказания. При использовании научно обоснованной и нормативно признанной шкалы распределения общественной опасности одновидовых преступлений у суда появилась бы возможность по имеющейся в уголовном деле и собранной в процессе судебного следствия информации отнести совершенное преступление к тому или иному типу, т. е. определить его конкретную общественную опасность значительно точнее, чем это вытекает из квалификации преступления. Внутривидовая классификация преступлений предполагает нахождение системы формализованных показателей, характеризующих общественную опасность каждого выделенного типа. И главные трудности начинаются после перехода к вопросу о том, что подлежит измерению и шкалированию и как эти процедуры следует производить.

В литературе наблюдается три основных подхода к решению вопроса о методике измерения общественной опасности преступлений. Одни авторы предложили использовать для этого законодательную или (и) судебную санкцию[310], другие — экспертные оценки[311], третьи — социальное содержание совершенных преступлений[312].

Для определения объективного аспекта общественной опасности преступления как предпосылки последующего учета этого свойства при назначении наказания первые два подхода представляются неприемлемыми (хотя для решения иных исследовательских и практических задач их плодотворность сомнений не вызывает).

Использование при измерении этого свойства преступлений предусмотренного законом или (и) назначенного судом наказания (так называемой модели оценивания) было бы оправданным при наличии по меньшей мере следующих условий: а) измерение невозможно ни путем непосредственного обращения к содержанию общественной опасности, ни посредством изучения ее внешних проявлений (следствий), что присуще так называемой модели идентификации; б) на законодательную или (и) судебную санкцию, рассматриваемую в качестве оценки общественной опасности соответствующего преступления, существенно не влияют иные факторы; в) та оценка общественной опасности преступления, которая выражена в санкции, достаточно объективна и потому ориентация на нее существенно искажает выводы относительно содержания оцениваемого явления. Однако использование санкции для определения общественной опасности как отдельного преступления, так и преступности в целом ни одному из названных требований не отвечает.