Профессия – путешественник. Приключения тревел-журналиста – от московских подземелий до индонезийских драконов

Я готовилась к путешествию полгода. Прочитала несколько пухлых томов об истории и архитектуре Рима, а также Флоренции. Посмотрела замечательные лекции по искусству Паолы Волковой и Сергея Трапани. Составила программу с точностью до минут. Поездка вышла великолепной – продуктивной и насыщенной, двухнедельный культурный душ.

Особенно меня впечатлили три старинные достопримечательности – Колизей, Пантеон и замок Святого Ангела. Я узнала, что в честь открытия Колизея провели 100-дневные гладиаторские бои и травли, в которых убили пять тысяч животных: бегемотов, леопардов, носорогов, антилоп. Экоущерб от римских зрелищ дает о себе знать до сих пор. Римляне слизали гладиаторские бои у этрусков, а те устраивали их в качестве похоронных жертвоприношений. Гладиаторами становились рабы или преступники. Они были секс-символами, много зарабатывали, но редко переживали 20 игр. Если сегодня где-либо в мире проводится смертная казнь, Колизей – арену смерти – подсвечивают в знак протеста.

У Пантеона четыре уровня познания. Первый – пол – был выложен всеми видами драгоценных камней и показывал богатство земли. На втором уровне находились алтари языческих богов. На третьем – слепые окна. Они символизируют самопознание: чтобы познать себя, опрокинь глаза внутрь. Четвертый уровень – купол с круглым окном, око Пантеона и единственный источник света. Мы никогда не видим потолок одинаковым, потому что его образом управляет постоянно меняющееся освещение. Этой абстракцией представлена Вселенная. Она выше и религии, и нашего сознания.

Посещение замка Святого Ангела – это упражнение в смерти. Раньше на ведущем к нему мосту были скульптуры проводников в другой мир – Гермеса, Морфея, Нюкты. Мы с подругой перешли через Тибр, который символизирует реку забвения Лету, и оказались у замка – портала в другое измерение. Чтобы попасть на самый верх, обошли по спирали снаружи крепости. Перед выходом на крышу увидели гробницу императора Адриана, а дальше нам открылся потрясающий вид на Рим, с которым мы только что простились. Каким же счастьем было осознать, что, в отличие от Адриана, мы можем вернуться назад в уютный отель и в свою обычную жизнь.

Обрезанные крылья

Чувствуя себя поупражнявшейся в смерти и готовой вернуться к жизни, я запланировала путешествие в Испанию – посещение галереи Прадо тоже было давним моим желанием. Я купила билеты, забронировала отели, составила программу и оплатила внутренние переезды. Поездка должна была состояться сразу, как закончится семестр в НИУ ВШЭ.

Но сразу после завершения моего курса в Вышке меня ждало другое событие – пандемия. Мы закрылись на долгую и жесткую самоизоляцию, чтобы не заразиться. В Испанию я, разумеется, не поехала. Билеты сгорели. Казалось, после того как неудача с «Вояжем» подрезала мне перья, я вновь начала учиться летать в разные страны. Однако пандемия и последующие потрясения переломали мои крылья совсем.

Курс в Mediашколе я перевела в онлайн-формат. Однако из-за того что туризма почти не стало, заинтересованность в профессии тревел-журналиста у людей угасла. Когда я только начинала после той истории со Светличной, сказала себе: как только у меня соберется хотя бы одна группа, где будет меньше десяти человек, я закрою курс. И вот настал момент, когда на мои занятия записалось только восемь желающих.

Я вкладывала душу в этот курс целых семь лет: 14 раз провела его в Mediашколе и один раз в НИУ ВШЭ. Съездила с мастер-классами в Ригу, Астану, Ярославль, Рязань, Норильск, Дудинку, Комсомольск-на-Амуре и Тюмень. Написала 20 статей о тревел-журналистике для разных СМИ. Много раз давала интервью телику и радио, выступала на больших фестивалях.

Я научилась не бояться аудитории и находить подход к разным людям. Давать ученикам и другим авторам конструктивную критику так, чтобы она не обижала. Экспериментировать с продвижением. Главное, благодаря курсу я встретила 200 единомышленников – творческих, глубоких, необычных людей. Делать журнал «Вояж» с такой командой было бесценно. Некоторые выпускники стали моими друзьями.

Я осознавала, что закрытие курса ставит окончательную точку в моей карьере тревел-журналиста. Но также я понимала, что даже с самых классных вечеринок важно уходить вовремя.

Из-за того что туризма почти не стало, заинтересованность в профессии тревел-журналиста у людей угасла. Когда я только начинала после той истории со Светличной, сказала себе: как только у меня соберется хотя бы одна группа, где будет меньше десяти человек, я закрою курс. И вот настал момент, когда на мои занятия записалось только восемь желающих.

Глава 15 Писательские усадьбы