Прохождение тундры. История и гендер на Дальнем Востоке России

В мире, где непосредственное соседство людей с животными имеет фундаментальное значение и представляет собой неотъемлемую часть жизни человека, необходимо обладать доскональными знаниями о животных и о том, как с ними обращаться. Посмотрим, например, какие знания и методы требуются в оленеводстве. Оленеводы проводят с животными дни и ночи. Они знают, где пасутся отдельные олени, сколько оленей заболело, какие животные выглядят слабыми и каковы шансы на выживание у детенышей. Оленевод может часами искать потерявшееся животное. Пастухи знают, каких оленей можно использовать как тягловую силу – нагружать поклажей и запрягать в сани. Прежде чем совершить забой, они тщательно оценивают численность и силу животных. Эти формы знания о средствах к существованию предполагают некие духовные узы, связывающие людей и животных тесными взаимозависимыми отношениями.

Люди и животные существовали в едином кругу взаимообмена, и коряки бережно сохраняли этот духовный порядок взаимности. Старейшины в своих рассказах часто подчеркивали, что их ритуалы и празднества были проникнуты глубокой заботой о благополучии оленей. Исполнялись танцы и песни, восхваляющие щедрость животных. Чтобы развлечь оленей, устраивались состязания и игры. Корякские женщины выражали уважение к животным посредством своего рукоделия и искусства, тщательно соблюдая при этом особые культурные правила [Chaussonnet 1988]. Например, женщины не занимались выделкой шкур и шитьем, пока их мужья, братья или отцы находились на охоте или рыбалке. Эти занятия могли обидеть животных и причинить вред швее и ее близким. Даже сегодня многие знакомые мне корякские женщины прерывают работу, если их братья или мужья заняты делами, требующими длительной отлучки. Корякские женщины, которые в процессе выделки шкур и шитья соблюдают культурные правила обращения с оленями, таким образом углубляют и укрепляют тесные связи между людьми и животными.

Жизнь в поселках

В повседневной жизни современного поселка культурные знания, связанные с оленеводством, частично утратили свое значение как ключевой признак самобытности коряков. В бытность мою на северо-восточном побережье многие коряки были озабочены не столько укреплением личной связи с животными, сколько прямым воздействием экономических и политических преобразований на их жизнь. Но в Тымлате наибольшую близость к животным и земле выказывали переселенцы из Рекинников. По словам старейшин, это было историческим следствием программ переселения, осуществлявшихся на северо-восточном побережье Камчатки. Как я упоминала во второй главе, с середины 1950-х до начала 1980-х годов корякские села на северо-восточном побережье попали под программу укрупнения – объединения небольших отдельных населенных пунктов в более крупные экономические единицы. Сегодня в Тымлате проживает пять разных подгрупп: коренные тымлатцы, переселенцы 1950-х годов из села Карага, переселенцы из Кичиги, Анапки и Рекинников. Жителей Рекинников переселили позже всех, в 1980 году.

Вследствие укрупнения и переселения значительное количество «частных» оленей, которых коряки до тех пор могли пасти, было передано в ведение государства. Кроме того, переселение привело к межэтнической дифференциации сообщества. В тымлатском сообществе отсутствует межкультурный баланс. Знакомые мне коряки из Тымлата весьма резко высказывались о формах культурных различий и о чувстве неловкости, которое они испытывали из-за того, что их «скинули в кучу» с другими. Любое замечание, исходившее от членов «чужой» подгруппы, считалось обидным и воспринималось в штыки. Больше всех достается «рекинникским». Коряки из других подгрупп часто говорят, что пришельцы из Рекинников некультурны и не содержат в порядке свои участки и дома. Поскольку они предпочитают жить в тундре, а не в поселке, их иногда ассоциируют с «отсталостью», «неразвитостью», грязью и убожеством. Однако вместо того, чтобы чувствовать себя пристыженными, рекинникцы оборачивают эти инсинуации в свою пользу. Их стратегия заключается в том, чтобы превратить обвинения в примитивности в демонстрацию познаний. Коряки из Рекинников гордятся тем, что хранят традиционные оленеводческие обычаи и верования, соблюдая правила и ритуалы, связанные с оленями.