Промывка мозгов. Машина пропаганды Гитлера и Геббельса

В течение первого полугодия 1941 года немцы, вне зависимости от своего пристрастия к пиву, испытывали сильнейшее недовольство из-за крайне неудачных действий итальянских вооруженных сил, в результате чего основные тяготы ведения войны ложились на плечи Германии. Появились даже отдельные тревожные факты, свидетельствовавшие о росте уважения к англичанам за их стойкость и непреклонность. В феврале Геббельс приказал средствам массовой информации не упоминать о том, что члены английской королевской фамилии посещали места, пострадавшие от бомбардировок немецкой авиации. Пропагандистский эффект таких сообщений был ничтожный. Они, скорее, вызывали обратное воздействие, ибо многие немцы стали уважать короля и королеву. Кроме того, некоторым приходило в голову сравнение с национал-социалистическими вождями, которые ни разу не показывались на руинах немецких городов. К апрелю все чаще стали слышаться высказывания типа: «Англичане оказались покрепче нас!», «Крепкий орешек – эти англичане, как бы нам не сломать об него зубы», «Только подумать, что с нами стало бы, если бы нам пришлось испытать то, что англичане переносят сейчас». Даже успехи германской армии на Балканах не могли рассеять это невеселое настроение. Американская помощь Британии вызывала у рядовых немцев серьезную озабоченность. Среди них шли оживленные дискуссии в том, как отреагирует Рузвельт на завоевание нацистами Греции и Югославии. Увеличит ли он поставки военно-стратегических материалов и оружия на Британские острова или, наоборот, урежет их? Многие немцы были склонны придавать слишком большое значение влиянию американских изоляционистов, таких, как например, Чарльз Линдберг, человек, пользовавшийся в рейхе исключительной популярностью. Большое беспокойство доставляли Геббельсу и листовки, которые сбрасывали самолеты англичан, поскольку в них шла речь об огромных американских военных поставках Англии, которые якобы гарантировали победу этим плутократам. При этом авторы листовок ссылались на пример 1918 года.

Полет Рудольфа Гесса в Шотландию, в мае 1941 года, поразил всю Германию, в особенности членов НСДАП, словно гром среди ясного неба. В докладах СД отмечалось, что ни одно недавнее событие не вызвало столь глубокого потрясения. Некоторые нацисты сравнивали этот полет по значению с так называемым «путчем СА» под руководством Эрнста Рема в 1934 году. Дней десять разговоры об этом событии не сходили у всех с уст. Казалось, никто не верил официальной версии о том, что Гесс был «душевнобольным». Ходили самые противоречивые слухи. Согласно одному – Гесс намеревался улететь к своим родителям в Египет, в другом утверждалось, что Гесс направлялся в Россию. Среди некоторых слоев населения наци № 2 пользовался довольно широкой популярностью, и о его полете говорили везде, у газетных киосков, в парикмахерских, в пивных. Молчание британских властей лишь осложняло дело. Несколько коротких, невразумительных коммюнике не содержали никакой информации, ухватившись за которую, можно было бы построить упреждающий контрпропагандный выпад. Вскоре с бомбардировщиков Королевских ВВС на Германию посыпались листовки, в которых говорилось: «Гесс знал о многом. Он предвидел поражение». Нацистские главари, не на шутку встревожившись, срочно мобилизовали на отражение этого удара десятки тысяч партийных агитаторов, которые в буквальном смысле «пошли в народ», чтобы разрядить напряженность. Это мероприятие дало определенные результаты, но полностью ущерб, нанесенный престижу партии, так и не удалось ликвидировать. Однако полет Гесса принес и некоторую выгоду, поскольку помог Гитлеру отвлечь внимание населения от подготовки к нападению на СССР, слух о котором уже начал циркулировать в Берлине и других германских городах. Правда, к середине июня этот слух снова возвратился на первый план.