Пруст и кальмар. Нейробиология чтения

Те из нас, кто работает с детьми, хотят, чтобы дети поняли, что, даже хотя они, возможно, учатся по-разному, каждый из них может научиться и научится читать. Найти наилучшие способы обучения – это наша, а не их задача. Десять лет работы по разным программам коррекции с моими коллегами Робин Моррис и Морин Ловетт подтверждают, что наши усилия стоят того.

Будущие усилия нашей лаборатории и подобных центров по всей стране теперь связывают коррекционные программы не только с поведенческими изменениями как реакцией на коррекцию, но и с нейронными изменениями. Например, мы работаем с группой Джона Габриэли в Массачусетском технологическом институте, чтобы убедиться, меняются ли важные области мозга у читателей с дислексией до и после занятий по нашей программе. Хорошим учителям не нужна нейробиология, чтобы понять важность многочисленных аспектов устного и письменного языка, но педагогические исследования, подкрепленные нейробиологическими данными, могут определить, что лучше всего работает для каждого конкретного ребенка. Они могут позволить нам увидеть, какие структурные отделы мозга ребенка задействованы в ходе выполнения конкретных заданий и как они могут или не могут измениться в результате использования определенного набора акцентов в программе коррекции.

Все это изменяет ход моих размышлений о дислексии, а я думаю о ней и как исследователь, и как родитель. Если хотя бы один вариант новых теорий опоры на правое полушарие окажется верным для некоторых детей или для многих, это может открыть неизведанные пути для обучения нестандартно организованного мозга с его уникальным сочетанием достоинств и проблем. И наконец, результаты научных наблюдений за детьми, которые учатся читать различными способами, становятся частью огромного массива знаний о том, как все мы учимся читать. Независимо от будущих интерпретаций эта область исследования требует, чтобы мы вышли за рамки того, что узнали за последние два десятилетия, на новые, неизведанные территории. И вполне уместно сказать, что выход за рамки того, что мы знаем, и есть фактически последняя цель этой книги.

9. Выводы: от читающего мозга к тому, что «придет вслед за ним»

Каждый тяжкийЗемли поворотимеет таких вотнаследолишенных,тех, кто не обладаетни предыдущим,ни тем,чему быть суждено.Ведь то, что лежит впереди,далеко от людей [63] [1].Райнер Мария Рильке

Чтение – это внутренний акт, чистый и простой. Его цель – не простое потребление информации… Чтение, скорее, повод для встречи с самим собой… Книга – лучшее из того, что создали люди [2].

Джеймс Кэрролл

В схватке между условностями книги и однозначностью экрана победителем будет экран. На этом экране, который теперь доступен миллиарду людей на Земле, технология поиска трансформирует отдельные книги в универсальную библиотеку человеческого знания [3].

Кевин Келли

Представители любого общества тревожатся о будущем молодого поколения и о том, с какими испытаниями оно столкнется. Футурист и изобретатель Рэй Курцвейл лучше всех описывает, как все быстрее эти испытания возникают на данном этапе эволюции человека. Его визионерская работа описывает ошеломляющие изменения, которые могут произойти, по мере того как 100 триллионов нейронных связей в нашем мозге расширяются в геометрической прогрессии благодаря не биологическому, а технологическому интеллекту, который мы изобрели.