Путешествие в пушкинский Петербург

На протяжении 1830-х годов «Библиотека для чтения», наряду с «Северной пчелой», царила в петербургской журналистике. Любому литературному журналу трудно было конкурировать с «монополией» Булгарина, Греча и Сенковского.

Ироническим откликом Пушкина на журналистские нравы эпохи были строки в черновом варианте поэмы «Домик в Коломне»:

Ведь нынче время споров, брани бурной,Друг на друга словесники идут,Друг друга жмут, друг друга режут, губятИ хором про свои победы трубят…

В конце 1820-х и начале 1830-х годов в столице выходило несколько литературных газет и журналов: «Гирлянда, журнал словесности, музыки, мод и театров», газета «Северный Меркурий», «Журнал иностранной словесности и изящных художеств», «Санкт-Петербургский вестник, журнал словесности, театра, новостей и музыки», «Колокольчик, литературная газета», «Северная Минерва, журнал литературы», «Бабочка, дневник новостей, относящихся до просвещения и общежития»… К середине 1830-х годов все эти издания исчезают.

Тем более заметно появление множества специальных газет и журналов, посвященных русской экономике, просвещению, естествознанию и технике. Издают их преимущественно различные ведомства. Министерство внутренних дел с 1829 года стало выпускать журнал, содержавший статистические описания городов империи и отчеты учреждений, подчиненных министерству. В «Журнале министерства народного просвещения» шла речь о постановке образования в России и за границей, а также о словесности, науках и художествах. Свои журналы печатали департаменты мануфактур и внутренней торговли, горных и соляных дел. Департамент внешней торговли выпускал «Коммерческую газету» на русском и немецком языках. Медицинский департамент Военного министерства имел свой «Военно-медицинский журнал». Артиллерийское отделение Военно-ученого комитета выпускало «Военный журнал», инженерное отделение – «Инженерные записки», а Ученый комитет по морской части – «Записки». Был еще «Журнал путей сообщения». Всего к концу 1830-х годов в Петербурге насчитывалось около двенадцати периодических изданий «от правительственных мест».

Говоря о специальных газетах и журналах, принадлежавших частным лицам, следует упомянуть «Указатель открытий по физике, химии, естественной истории и технологии», который издавал профессор Санкт-Петербургского университета Н. П. Щеглов, и основанную при его же участии промышленную газету «Северный муравей»; «народно-врачебную» газету доктора Грума «Друг здравия», имевшую целью «сообщать публике разные сведения о средствах врачевания болезней, и преимущественно в простом народе».

Постоянно выходили в Петербурге газеты на французском и немецком языках. Время от времени появлялись и журналы – на французском, немецком, польском языках.

Среди всей этой массы последекабрьских петербургских журналов и газет резко выделялись благородством тона и независимостью суждений несколько периодических изданий, к которым прямое отношение имел Пушкин, – альманах «Северные цветы», «Литературная газета» и журнал «Современник».

В 1824 году книгопродавец Слёнин предложил Дельвигу стать редактором нового альманаха. Опытный издатель рассчитал верно: имя молодого поэта (Дельвигу тогда миновало двадцать шесть лет) было уже достаточно известно, а благодаря своим дружеским и литературным связям он мог надеяться на поддержку лучших русских писателей. Действительно, в дельвиговских «Северных цветах» участвовали Жуковский, Вяземский, Крылов, Гнедич, Баратынский, Языков, Козлов, Кюхельбекер, Владимир Одоевский.

В восьми книгах альманаха с 1825 по 1832 год Пушкин поместил около шестидесяти своих произведений, в том числе: «Песнь о вещем Олеге», «19 октября», «Бесы», «Анчар», «Граф Нулин», «Моцарт и Сальери», отрывки из «Евгения Онегина», «Бориса Годунова», «Цыган», «Арапа Петра Великого». В 1828 году альманах вышел с портретом Пушкина на фронтисписе (портрет работы О. А. Кипренского награвировал Н. И. Уткин).

«Северные цветы» были детищем писателей пушкинского круга. И чем дальше, тем решительнее «Северные цветы» вступали в полемику с пресмыкающейся булгаринской «Пчелой», ультраромантическим «Московским телеграфом» Н. А. Полевого, старозаветным «Вестником Европы» М. Т. Каченовского. Полемика эта находила выражение и в годовых обзорах русской литературы, которыми открывалась каждая книга альманаха, и в задорных статьях Вяземского, и в пушкинских эпиграммах.

Желание утвердить собственную литературную и общественную позицию, противопоставить ее недобросовестным суждениям продажных журналистов привело Дельвига и его друзей к мысли издавать наряду с альманахом еще и «Литературную газету».