Путешествие в пушкинский Петербург

Поначалу Демутов трактир был невелик – всего шесть номеров. Затем здание перестроили. Оно заняло обширную площадь от набережной Мойки до Большой Конюшенной улицы, куда выходил другой его фасад; номеров в трактире стало более пятидесяти, и притом на все вкусы и средства. Были номера из одной, из двух комнат, с окнами на темный грязный двор. Были апартаменты из нескольких комнат окнами на Мойку и на Конюшенную.

Помещица В. П. Шереметьева, останавливавшаяся здесь в октябре 1825 года, свои первые впечатления записала так: «Мы прибыли в Петербург… Я еще ничего не видела, кроме огромных домов, мимо которых проехали, и прибыли в гостиницу Демут. Она так полна, что мы едва нашли три небольшие комнаты в четвертом этаже, это меня нисколько не смутило, в случае наводнения мы довольно высоко… Лестницы, ведущие к нам, каменные; не согласились поместить нас менее чем на неделю, и представьте – эта несчастная квартира 65 руб. в неделю, кроме того, 2 руб. за воду. Так как мы прибыли сюда без всякого хозяйства, то нельзя получить чашки, не беря порции чая или кофе, и все ужасно дорого; то же самое за обедом».

Кто только не жил у Демута! Здесь останавливались М. М. Сперанский и А. П. Ермолов, П. И. Пестель и П. Я. Чаадаев, А. И. Тургенев и родители Пушкина. Здесь известный путешественник и коллекционер Алексей Салтыков, по прозвищу Индеец, занимал чуть не целый этаж редкостным собранием персидских ковров и восточного оружия. Выписанный в Россию Николаем I итальянский художник Козоре Дузи снял себе здесь мастерскую. А французский литератор Дюпре де Сен-Мора в зале гостиницы читал лекции о французском театре и литературе.

25 мая 1827 года в трактире Демута поселился вернувшийся в Петербург после ссылки Пушкин. Поэт занял «бедный нумер, состоявший из двух комнаток» в той части гостиницы, где окна обращены были на двор к северо-западу. На экземпляре «Цыган», подаренном А. П. Керн в начале 1828 года, поэт написал: «Ее превосходительству А. П. Керн от господина Пушкина, усердного ее почитателя. Трактир Демут, № 10…» Этот адрес значится и в документах полиции, неотступно следившей за поэтом.

Летом 1827 года Пушкин продолжал здесь работу над «Евгением Онегиным», держал корректуру отданных в печать глав романа, готовил для представления «самодержавному цензору» поэму «Граф Нулин», «Сцену из Фауста», «Песни о Стеньке Разине» и другие произведения.

В гостинице Демута осенью 1828 года была написана Пушкиным поэма «Полтава». Со слов самого Пушкина современник рассказывал: «Это было в Петербурге. Погода стояла отвратительная. Он уселся дома, писал целый день. Стихи ему грезились даже во сне, так что он ночью вскакивал с постели и записывал их впотьмах… Таким образом слагались у него сотни стихов в сутки. Иногда мысли, не укладывавшиеся в стихи, записывались им прозой. Но затем следовала отделка, при которой из набросков не оставалось и четвертой части… Он кончил „Полтаву“, помнится, в три недели».

В «заездном доме Демута» собирались у Пушкина друзья. «Третьего дня провели мы вечер и ночь у Пушкина, – писал в мае 1828 года П. А. Вяземский жене, – с Жуковским, Крыловым, Хомяковым, Мицкевичем, Плетневым и Николаем Мухановым. Мицкевич импровизировал на французской прозе и поразил нас, разумеется, не складом фраз своих, но силою, богатством и поэзией своих мыслей… Удивительное действие производит эта импровизация. Сам он был весь растревожен, и все мы слушали с трепетом и слезами».

Весной 1828 года в Демутовом трактире поселился А. С. Грибоедов. Автор «Горя от ума» приехал в Петербург 14 марта с текстом мирного договора между Россией и Персией, заключенного в Туркманчае при деятельном его участии. Оба поэта много времени проводили вместе в откровенных дружеских беседах. Пушкин говорил о Грибоедове: «Это один из самых умных людей в России, любопытно послушать его».

В это же время жил у Демута А. Д. Тырков – отставной штабс-ротмистр, новгородский помещик, однокашник Пушкина по Лицею (лицейское прозвище его было Кирпичный Брус). В номере Тыркова 19 октября 1828 года Дельвиг, Илличевский, Яковлев, Корф, Стевен, Комовский, Тырков и Пушкин праздновали семнадцатую лицейскую годовщину. Сохранился шуточный протокол этого празднования, написанный Пушкиным и кончавшийся его стихами:

Усердно помолившись Богу,Лицею прокричав ура,Прощайте, братцы: мне в дорогу,А вам в постель уже пора.

Действительно, на следующий день, 20 октября, Пушкин покинул Демутов трактир и уехал из Петербурга в Тверскую губернию, а оттуда в Москву.

Снова жил Пушкин у Демута в 1830 году, а затем в 1831-м – несколько дней, приехав в Петербург с молодой женой. С осени этого года Пушкин вновь становится петербуржцем – живет в столице уже постоянно, снимая квартиры.

Глава четырнадцатая «Адрес мой – в Галерной, дом Брискорн»

С самыми отдаленными селениями страны Петербург имел постоянную и по тем временам довольно скорую связь, прежде всего – почтовую.