Путешествие в пушкинский Петербург

Вскоре после основания Петербурга по приказу Петра I собраны были во множестве ямщики со всех губерний России (кроме Сибири) и переселены в Петербургскую губернию. Им отвели земли и в самом городе, близ Невского монастыря. С тех пор появилась в Петербурге Ямская слобода.

При Петре I на новых трактах, ведущих к Петербургу, заведены были почтовые станции. Возчики почты стали называться «почтарями», а лошади «почтовыми». Они менялись на каждой станции. Отсюда пошло выражение: езда «на почтовых», «на перекладных».

Так думал молодой повеса,Летя в пыли на почтовых…(«Евгений Онегин»)

Что собой представляли почтовые станции в первой трети XIX века, Пушкин описал в повести «Станционный смотритель».

Главное почтовое управление находилось в Петербурге. В конце царствования Екатерины II казной были куплены на Ново-Исаакиевской улице у частных лиц два дома для размещения в них Главного почтамта. В одном из домов, ранее принадлежавшем графу Ягужинскому, разместилось Почтовое управление. Вскоре, в 1782–1789 годах, архитектор Н. А. Львов возвел здесь еще одно большое здание. Первоначально оно имело подсобное назначение. Во втором и третьем его этажах находились казармы для «почтальонской команды» и жили чиновники. При этих домах был большой внутренний «черный» двор, где полукругом располагались конюшня для почтовых лошадей, сараи, мастерские. К этим же домам принадлежали еще три двора «средней величины». Все это, вместе взятое, называлось Почтовым станом.

В самом начале XIX века Почтовое управление перевели в здание, построенное Львовым. С тех пор оно стало именоваться Главным почтамтом.

В Петербургском почтамте имелось семь экспедиций – текущих дел, счетная, приходящих почт российских, приходящих почт иностранных, отходящих почт российских, отходящих почт иностранных, секретная. В 1820 году к ним прибавилось еще несколько экспедиций, в том числе экспедиция приема денег, страховых писем, документов и дорогих посылок «на все главные российские почты».

Направлений, куда отсылалась и откуда приходила почта, было множество. Московская почта, малороссийская, белорусская, рижская, выборгская, архангельская, ярославская, кронштадтская и т. д. Каждая приходила и уходила в определенные дни недели. В месяцесловах (календарях) среди всяких полезных сведений печатались известия о почтовых днях в Москве и Петербурге.

В то время, когда царский двор находился под Петербургом, в Царском Селе или Петергофе, действовала так называемая «суточная» колясочная почта. Она ежедневно отправлялась из столицы в летние царские резиденции и доставляла туда депеши и бумаги. За особую плату принимали и частные письма.

Петербургским почт-директором с 1819 по 1835 год, до самой своей смерти, был К. Я. Булгаков. От подписки на иностранные газеты и журналы он получал огромный доход – 100 тысяч рублей комиссионных ежегодно – и жил вельможей.

В ярко освещенных комнатах почтового дома два раза в неделю Булгаков принимал гостей. Его бильярдная, по словам Ф. Ф. Вигеля, была своеобразной биржей – не для торговых, а для гражданских оборотов. Здесь сенаторы, статс-секретари, обер-прокуроры, директора департаментов договаривались о взаимных услугах, служебных сделках, протекциях.

По свидетельству современников, Булгаков сумел придать своей должности важность в глазах правительства. Ему он был весьма полезен тем, что не стеснялся, как и его старший брат – московский почт-директор, читать чужие письма и сообщать их содержание. Гоголевский почтмейстер Шпекин оказался не одинок. Распечатывали даже письма В. А. Жуковского – воспитателя наследника престола. Возмущенный поэт писал в конце 1827 года А. И. Тургеневу: «Что могут узнать теперь из писем? Кто вверит себя почте? Что выиграем, разрушив святыню, веру и уважение к правительству? Это бесит. Как же хотят уважения к законам в частных лицах, когда правительство все беззаконное себе позволяет?»

Постоянной перлюстрации подвергались письма Пушкина. Неосторожное выражение в одном из них послужило поводом к его высылке из Одессы в село Михайловское. Распечатывали и читали письма Пушкина к жене. 10 мая 1834 года поэт записал в своем дневнике: «Несколько дней тому получил я от Жуковского записочку из Царского Села. Он уведомлял меня, что какое-то письмо мое ходит по городу и что государь о нем ему говорил… Какая глубокая безнравственность в привычках нашего правительства. Полиция распечатывает письма мужа к жене и приносит их читать царю (человеку благовоспитанному и честному), и царь не стыдится в том признаться…»

«Я не писал тебе потому, – сообщал Пушкин жене, – что свинство почты так меня охолодило, что я пера в руки взять был не в силе».

Сохранилась обширная переписка братьев Булгаковых, в которой они, не боясь чужого глаза, живо и откровенно сообщали друг другу петербургские и московские новости, слухи, сплетни. Пушкин, хорошо знакомый петербургскому и московскому почт-директорам, тоже фигурирует в их переписке.