Радужное тело и воскресение. Духовное достижение, растворение материального тела и случай Кхенпо Ачо

В жизнеописании Гараба Дордже после победы в споре над пандитами ребёнок получает несколько новых имён. Среди них: Тот, Чья Природа – Мудрость, Ваджра Высшего Восторга, учитель Пепельный Вампир (или Зомби, поскольку он умер и вернулся к жизни) и Учитель Счастливый Вампир, поскольку ясно, что его попадание в яму для золы было смертным приговором. Итак, чудесное дитя «восстаёт из мёртвых», чтобы осуществить свою миссию.

Как и Иисус после своего крещения в Иордане (Матф. 3:13–17) и сорокадневного уединения в пустыне (Матф. 4:1–11), Гараб Дордже также уединяется в безлюдной пустыне, где, подобно своей матери, строит хижину из тростника и камыша (ag jag ma'i spyilphub, здесь используются те же слова, что описывают хижину монахини); в этом месте текст перекликается с Евангелиями, когда говорится, что уединение длилось тридцать два года (на два года больше, чем тридцать лет – известный, пусть и ошибочный, возраст Христа при крещении); в Евангелии оно длилось сорок дней.

После того как Гараб Дордже возвращается из затвора, возникает угроза со стороны царя тиртиков (небуддистов) (темы 2 и 9 «первой истории»), что напоминает противостояние Ирода, Ирода Тетрарха, фарисеев и саддукеев Иисусу. Как и в случае с Иисусом, опасность, вызывающая противостояние, – предполагаемый радикализм религиозного послания Гараба Дордже.

Как в Коране евреи не смогли убить Иисуса, так и тиртики не могут убить Гараба Дордже; подобно Иисусу, он возносится, не умерев (см. Коран 4:157–158).

Теперь, после тридцати двух лет размышлений обо всех буддийских писаниях, Гараб Дордже обнародует писания дзогчен. При поддержке дакини – гностической фигуры Софии / мудрости, сидящей верхом на драконе и окружённой молниями, три года он собирает писания и их перечни. Текст отсылает к устным учениям, которые доверяют не людям, но дакини. Текст завершается здесь упоминанием о «более краткой линии передачи».

После неоднозначного упоминания об «особых источниках» буддийских учений в тексте появляются образы мест для сожжения трупов, в этом случае расположенных в пяти йоджанах к северо-востоку от Бодхгаи. После описания ступы в тексте даётся апокалиптическая сцена извращённости, суетности и зла; из сострадания Гараб Дордже решает наставить обитателей этого порочного места при помощи другого женского персонажа, воплощающего мудрость.

Гараб Дордже приобретает единственного упомянутого ученика, праведного брахмана-буддиста по имени Манджушримитра, которому суждено достичь освобождения за одну жизнь. Всё повествование, кажется, сосредоточивается вокруг передачи [учения] Гараба Дордже одной этой фигуре.

Гараб Дордже обретает радужное тело полного исчерпания элементов: «Заставив своё физическое тело вместе с его загрязняющими веществами [раствориться и] исчезнуть, он показал метод полной победы над страданием»⁴¹⁷. Это одно из самых ранних литературных упоминаний о радужном теле, достигаемом через «истощение элементов».

Манджушримитра теряет сознание, но затем видит вознесённого Гараба Дордже в виде потоков света в небе (ср. Деян. 9; Гал. 1 – обращение св. Павла) и получает передачу учений, в том числе «Трёх заветов, что поражают основные мишени».

Затем Манджушримитра создаёт три раздела учений дзогчен: «раздел ума» (sems sde), «раздел пространства» (klong sde) и «раздел тайных наставлений» (man ngag gi sde) и тем самым закладывает «основание династии или города» в виде священной передачи. Как ни странно, не находится человека, кому можно даровать эти учения.

Далее – ещё один длинный раздел о местах сожжения трупов, где повторяются описания извращённой атмосферы, встречавшиеся ранее; здесь Манджушримитра обитает в многоэтажном доме в окружении йогинов, йогини и дакини. Он продолжает пребывать в самадхи 109 лет в состоянии невозмутимости, иначе говоря, достигает реализации – по сути, не умирает, а сохраняет невозмутимость среди хаоса этого мира и обыденного ума⁴¹⁸.