Ранние кинотексты, 2000–2006

ФИЛЬМ. Пустая, искусственная, абсолютно необязательная экранизация чеховской «Чайки», снятая далеко не последним французским режиссёром Клодом Миллером («Скажите ему, что я его люблю», «Под предварительным следствием»), и разыгранная именитым актёрским составом. Фильм ничего не добавляет к своему литературному первоисточнику и, напротив, многое теряет по пути, пытаясь перенести сюжет классического произведения в конец ХХ — начало ХХI века. «Малышка Лили» с редким отсутствием такта и чувства меры обращается с «Чайкой», настолько упрощает характеры, драматический конфликт и смысл, что в какой-то момент начинает казаться не современной версией пьесы, а скорее пародией на нее.

Вряд ли Антон Чехов мог предположить, что действие «Чайки» теоретически может начинаться с полностью обнаженной Нины Заречной и ее эротической сцены с Треплевым. Вряд ли можно себе представить монолог Нины про «общую мировую душу», произносимый не со сцены, а с экрана телевизора — на крупном плане в бездарном, претенциозном, стилизованном под Бергмана арт-хаусном барахле, снятом Жюльеном. Эти сомнительные изменения происходят с пьесой в «Малышке Лили», но и они меркнут по сравнению с иссушенной драматургией, из которой были выброшены некоторые персонажи, сюжетные линии, логическая последовательность событий и — как результат — самые важные эмоции и чувства.

Людивин Санье, Бернар Жиродо, Жан-Пьер Мариэлль, Мишель Пикколи — одних имен достаточно, чтобы привлечь к фильму зрительское внимание. Как это часто случается, столь известным актёрам разных времен, в общем, нечего играть. Сложные и противоречивые, неуверенные и мятущиеся чеховские персонажи заменены на клишированные образы массового искусства. Жюльен/Треплев — не более чем обобщенный образ вспыльчивого художника-бунтаря, произносящий и совершающий то, чего мы все обычно ждем от такого персонажа. Молодой Робинсон Стевнэн подходит по типажу на эту роль, но не может привнести в нее оттенки, отличившие бы его от множества предыдущих максималистски настроенных, самоуверенных идеалистов в истории кино. Людивин Санье прекрасно вписывается в образ Жюли — сексуальной, расчетливой, мечтающей о небе в алмазах девушке, но это не чеховская Нина Заречная — во многом разочарованная, тонкая натура, которая должна выдержать тот удар, который наносит по ее идеалистическим взглядам реальная, «грубая жизнь». Эти изменения слишком влияют на изменения в восприятии драматургической цепочки событий — необходимый Чехову скачок в несколько лет между третьим и четвертым действиями у Миллера кажется очень резким, а трагический финал, к которому медленно идет «Чайка», и вовсе кажется в «Малышке Лили» необязательным — или не способным вызвать нужные эмоции. Это непродуманная, неохотно исполненная, легко вылетающая из головы экранизация. Если «Чайка» стала эпохальной для истории театра пьесой, то значение фильма Клода Миллера для истории кино носит прямо противоположный, минимальный характер.

ОЦЕНКА. 5. Прекрасные актёры не заслуживают того, что сделали с драматургической основой чеховской «Чайки» сценаристы этого фильма.

«Мечтатели»

СЮЖЕТ. Мэттью — американец, живущий в Париже и целыми днями пропадающий на сеансах старых фильмов. Кинематограф — главная страсть молодого человека, для которого становится болезненным ударом закрытие Синематеки, второго дома городских киноманов. Среди молодежи, осаждающей подход к зданию, находятся так же одержимые белым экраном Изабель и ее брат Тео — молодые французы, с которыми Мэттью заводит дружбу. Вместе они закрываются от окружающего мира в пустующей квартире Изабель и Тео и начинают инсценировать эпизоды из любимых лент. Возникшие на почве любви к кино взаимные чувства постепенно принимают все более интимный характер…