Читаем Ранние кинотексты, 2000–2006 полностью

Заметные европейские режиссёры в силу разных причин иногда внезапно теряют часть таланта, когда начинают снимать кино в Америке. Как известно, часто виной тому продюсеры, контролирующие съемочный процесс и подавляющие творческую инициативу. Марлин Горрис с этим повезло: ее «Каролина» — проект небольшой, почти малобюджетный, и особой несвободы режиссёр, надо думать, не испытывала. Возможно, именно это обстоятельство и позволило голландке создать картину, в которой объединены американская культура и не заезженный, по-европейски свежий взгляд.

ОЦЕНКА: 7. Приятный фильм, где сумма второстепенных составляющих, к счастью, перевешивает главный недостаток.

«Ловец снов»

СЮЖЕТ. Много лет назад четверо ребят из США спасли от забияк умственно неполноценного, но наделенного каким-то особым даром мальчика по кличке Даддитс и стали для него единственными друзьями. Бивер, Генри, Пит и Джоунси выросли, но до сих пор каждый год собираются вместе, чтобы отправиться на зимнюю охоту. Они и представить себе не могут, что их будет ждать в глухих лесах на этот раз. И только индейский амулет под названием Ловец Снов, висящий в их хижине и таинственным образом связанный с Даддитсом, поможет противостоять Злу…

ФИЛЬМ. Роман Стивена Кинга «Ловец снов» объединяет историю о вторжении на Землю враждебно настроенных пришельцев и размышления о предопределенности судьбы, месте каждого человека в нашем мире. Экранизацию данного произведения должен был снимать М. Найт Шьямалан — большой любитель говорить о чем-то Большом и Значимом с помощью сюжетов о привидениях, комиксах и инопланетянах. Казалось бы, постоянный композитор индийца Джеймс Ньютон Хауард и почти повторяющий своего персонажа из «Шестого чувства» Донни Уолберг уже на своих местах, но… Как бы невероятно ни звучало, «Ловца снов» поставил знаменитый своими психологическими драмами и романтическими комедиями Лоренс Касдан. Адаптировать книгу ему помогал умудренный опытом Уильям Голдман — обладатель двух «Оскаров» за сценарий.

Это уже третий опыт работы драматурга с произведениями Стивена Кинга. Два года назад Голдман оставил от объемистых «Сердец в Атлантиде» лишь одну из пяти частей, что, несомненно, пошло на пользу одноименному фильму Скотта Хикса. Теперь сценарист решил быть более преданным букве первоисточника и попытался уложить 700-страничный фолиант «мастера ужасов» в двухчасовую картину. Лишенный осмысленности отбор материала сыграл злую шутку с создателями «Ловца снов»: фильм перенял у романа присущее прозе Кинга последних лет отсутствие чувства меры и сюжетную расфокусированность. Единственное удачное заимствование — сюрреалистические кадры заточения человека в своем сознании, как в некой комнате — подсказано самим текстом романа и вряд ли может быть отнесено к находке авторов ленты. В остальном, довольно посредственная по нашим временам фантастика соседствует на экране с едва заявленной темой многолетней дружбы героев, промелькнувшая на полях идея моральной ответственности за гибель невинных обильно приправлена физиологическими деталями и другой безвкусицей. Из большого количества персонажей оставлены почти все, но ни один не прописан достаточно подробно. Самый интересный и непростой из образов книги полковник Куртц появляется в нескольких сценах и превращен в банального зарвавшегося вояку. Даже в исполнении Моргана Фримэна персонаж выглядит однобоко, к тому же переименован сценаристами в Кертица, что снимает задуманную Кингом параллель со знаменитым полковником Куртцем из фильма «Апокалипсис сегодня».

Этот, казалось бы, незначительный факт наглядно демонстрирует то главное, что изменилось по сравнению с первоисточником: окончательно упрощена и без того небогатая смысловая сторона романа. У Кинга она почти полностью заключается не в действии, а в мыслях персонажей. Касдан и Голдман не смогли или просто не захотели найти подходящий кинематографический эквивалент и сделали упор на сюжетные перипетии. Потому неудивительно, что финал, словно взятый из дешевого фантастического боевика, выглядит так глупо, почти абсурдно. Не будет ни эпилога с аллегориями существования человека в этом мире, ни каких-либо иных идей — перед нами абсолютно бездумная, бездушная фантастика. Если и снимать нечто подобное сегодня, то уж точно не без капли иронии по отношению к себе.

ОЦЕНКА. 4. Лоренс Касдан взялся за неблагодарное дело: вряд ли по этой книге вообще можно было снять хорошее кино. Долгожданное разочарование.

«Людское пятно»

Перейти на страницу:

Все книги серии Eksmo Digital. Искусство, хобби, развлечения

Похожие книги

100 лет современного искусства Петербурга. 1910 – 2010-е
100 лет современного искусства Петербурга. 1910 – 2010-е

Есть ли смысл в понятии «современное искусство Петербурга»? Ведь и само современное искусство с каждым десятилетием сдается в музей, и место его действия не бывает неизменным. Между тем петербургский текст растет не одно столетие, а следовательно, город является месторождением мысли в событиях искусства. Ось книги Екатерины Андреевой прочерчена через те события искусства, которые взаимосвязаны задачей разведки и транспортировки в будущее образов, страхующих жизнь от энтропии. Она проходит через пласты авангарда 1910‐х, нонконформизма 1940–1980‐х, искусства новой реальности 1990–2010‐х, пересекая личные истории Михаила Матюшина, Александра Арефьева, Евгения Михнова, Константина Симуна, Тимура Новикова, других художников-мыслителей, которые преображают жизнь в непрестанном «оформлении себя», в пересоздании космоса. Сюжет этой книги, составленной из статей 1990–2010‐х годов, – это взаимодействие петербургских топоса и логоса в турбулентной истории Новейшего времени. Екатерина Андреева – кандидат искусствоведения, доктор философских наук, историк искусства и куратор, ведущий научный сотрудник Отдела новейших течений Государственного Русского музея.

Екатерина Алексеевна Андреева

Искусствоведение
Пандемониум
Пандемониум

«Пандемониум» — продолжение трилогии об апокалипсисе нашего времени, начатой романом «Делириум», который стал подлинной литературной сенсацией за рубежом и обрел целую армию поклонниц и поклонников в Р оссии!Героиня книги, Лина, потерявшая свою любовь в постапокалиптическом мире, где простые человеческие чувства находятся под запретом, наконец-то выбирается на СЃРІРѕР±оду. С прошлым порвано, будущее неясно. Р' Дикой местности, куда она попадает, нет запрета на чувства, но там царят СЃРІРѕРё жестокие законы. Чтобы выжить, надо найти друзей, готовых ради нее на большее, чем забота о пропитании. Р

Лорен Оливер , Lars Gert , Дон Нигро

Хобби и ремесла / Драматургия / Искусствоведение / Любовное фэнтези, любовно-фантастические романы / Фантастика / Социально-философская фантастика / Любовно-фантастические романы / Зарубежная драматургия / Романы
Страдающее Средневековье. Парадоксы христианской иконографии
Страдающее Средневековье. Парадоксы христианской иконографии

Эта книга расскажет о том, как в христианской иконографии священное переплеталось с комичным, монструозным и непристойным. Многое из того, что сегодня кажется возмутительным святотатством, в Средневековье, эпоху почти всеобщей религиозности, было вполне в порядке вещей.Речь пойдёт об обезьянах на полях древних текстов, непристойных фигурах на стенах церквей и о святых в монструозном обличье. Откуда взялись эти образы, и как они связаны с последующим развитием мирового искусства?Первый на русском языке научно-популярный текст, охватывающий столько сюжетов средневековой иконографии, выходит по инициативе «Страдающего Средневековья» – сообщества любителей истории, объединившего почти полмиллиона подписчиков. Более 600 иллюстраций, уникальный текст и немного юмора – вот так и следует говорить об искусстве.

Сергей Олегович Зотов , Михаил Романович Майзульс , Дильшат Харман , Сергей Зотов

Искусствоведение / Научно-популярная литература / Образование и наука