Читаем Ранние кинотексты, 2000–2006 полностью

Учитывая довольно необычную сюжетную предпосылку, зрителю, возможно, не было бы никакого дела до происходящего, если бы авторы все время напоминали о том, что на экране происходит нечто неправдоподобно-фантастическое. Но в том-то и прелесть, что герои фильма существуют не в каком-то параллельном пространстве, а где-то рядом со всеми нами, только никем не замечаемые. Их мир — тусклые подворотни, казино в заброшенной пустыне, глухие леса — соприкасается с рациональным, логичным миром, в котором ничего подобного с точки зрения логики не может быть. Реалистичная, лишенная современных стилизаторских приемов, техника съемки усиливает подобное впечатление. Собственно, кто сказал, что это мистический триллер? Уровень его мистичности определяется тем, насколько каждый из нас верит в происходящее на экране.

Американские кинематографисты основывают на мотиве удачи и обманутой смерти сюжеты для молодежных триллеров («Пункт назначения») и фильмов про комиксы («Неуязвимый»). «Интакто» по-европейски оригинально развивает тему и является куда более взрослой и серьезной лентой. Не хочется даже представлять, что из него могут сделать в США — права на римейк уже куплены.

ОЦЕНКА: 8. Фильм по достоинству заслужил главную испанскую кинонаграду «Гойя» в категории «Лучший режиссёрский дебют».

«Каролина»

СЮЖЕТ. Каролину (Стайлз) выгоняют с работы на телевидении по вине одного молодого человека, но именно с ним она вскоре начинает встречаться. Ее выбор не одобряет давний друг (Нивола), но кроме этого в жизни девушки еще много проблем. Одна из младших сестер забеременела, а вторая вступила в переходный возраст со всеми вытекающими последствиями. Отца-пьяницу (Куэйд) они видят не чаще, чем мать, которая появляется в компании подруг-проституток. Да и экстравагантная бабуля (МакЛэйн) не разряжает обстановку. Но если разобраться в чувствах и научиться мириться с чужими недостатками, семейные узы, возможно, будут восстановлены…

ФИЛЬМ. Голландка Марлин Горрис заставила обратить на себя внимание еще двадцать лет назад, когда сняла «Тишину вокруг Кристины М.» — драму о трех не знакомых друг с другом женщинах, которые хотели убить одного и того же мужчину. В 1995 году ее «Линия Антонии», которую критики прозвали «феминистской сказкой», получила «Оскар» за лучший фильм на иностранном языке. После мирового признания режиссёр осталась в европейском кинематографе, но получила возможность ставить более крупные ленты с известными актёрами. В 1997 году Ванесса Редгрэйв блистала в ее фильме «Миссис Дэллоуэй» по книге Вирджинии Вулф (той, которую Майкл Каннингэм использовал в своем романе «Часы», который, в свою очередь, был недавно экранизирован Стивеном Долдри). Еще через два года в «Защите Лужина», не самой удачной адаптации Владимира Набокова, главные роли сыграли Джон Туртурро и Эмили Уотсон. Итак, две привязанности режиссёра: классические литературные первоисточники и женщина в центре сюжета, ведь даже в «Защите Лужина» героине Уотсон уделено большее внимание, чем в романе. «Каролина» продолжает одну из этих традиций, но обрывает другую: этот фильм, в котором действуют три сестры, НЕ является экранизацией Чехова.

Напротив, это определенно самая американская из картин Горрис: по географии, по актёрам, по исповедуемым идеалам и ценностям. Хотя последнее и можно оспорить: в том смысле, что большая любовь и теплота, с которой рассказана история, не принадлежит какой-то отдельной стране. Такие проблемы и ситуации являются общечеловеческими, а добродушная натура «Каролины» еще больше способствует положительному восприятию фильма широким кругом зрителей во всем мире. Если принять правила игры и не ждать откровений, то этой картиной можно приятно скоротать время. Не более, но этого по нашим временам иногда вполне достаточно.

Правда, тут есть один существенный изъян. «Каролина», как и следует из названия, построена на истории старшей сестры, вокруг которой действуют второстепенные персонажи. Причиной ли тому банальность любовного треугольника, или почти лишенная обаяния Джулия Стайлз в главной роли, но основная сюжетная линия — наверное, самое неинтересное, что есть в этом фильме. Слепой выбор оставил на вторых ролях среднюю сестру Джорджию с ее неожиданным пополнением в семействе (от папы-азиата) и младшую Мэйн (в задорном исполнении Мики Бурем), которая бунтует против своего статуса ребенка и делает все, чтобы казаться взрослой. Сестрам дали имена по названиям штатов: это могло бы подтолкнуть к идее рассказать три равноправные истории, из которых сложилась бы общая картина семейства. Правда, тогда это было бы уже совсем другое кино. Но перед нами «Каролина» — парадоксально наполненная лиричностью и весельем как раз в тех моментах, когда главная героиня уходит с экрана. Освободившееся пространство тут же занимает кто-то поинтереснее: безалаберный отец или бесшабашная тетя. Но особенно выделяется полноправная глава семьи — зажигательная Ширли МакЛэйн крадет все сцены с участием своей эксцентричной героини.

Перейти на страницу:

Все книги серии Eksmo Digital. Искусство, хобби, развлечения

Похожие книги

100 лет современного искусства Петербурга. 1910 – 2010-е
100 лет современного искусства Петербурга. 1910 – 2010-е

Есть ли смысл в понятии «современное искусство Петербурга»? Ведь и само современное искусство с каждым десятилетием сдается в музей, и место его действия не бывает неизменным. Между тем петербургский текст растет не одно столетие, а следовательно, город является месторождением мысли в событиях искусства. Ось книги Екатерины Андреевой прочерчена через те события искусства, которые взаимосвязаны задачей разведки и транспортировки в будущее образов, страхующих жизнь от энтропии. Она проходит через пласты авангарда 1910‐х, нонконформизма 1940–1980‐х, искусства новой реальности 1990–2010‐х, пересекая личные истории Михаила Матюшина, Александра Арефьева, Евгения Михнова, Константина Симуна, Тимура Новикова, других художников-мыслителей, которые преображают жизнь в непрестанном «оформлении себя», в пересоздании космоса. Сюжет этой книги, составленной из статей 1990–2010‐х годов, – это взаимодействие петербургских топоса и логоса в турбулентной истории Новейшего времени. Екатерина Андреева – кандидат искусствоведения, доктор философских наук, историк искусства и куратор, ведущий научный сотрудник Отдела новейших течений Государственного Русского музея.

Екатерина Алексеевна Андреева

Искусствоведение
Пандемониум
Пандемониум

«Пандемониум» — продолжение трилогии об апокалипсисе нашего времени, начатой романом «Делириум», который стал подлинной литературной сенсацией за рубежом и обрел целую армию поклонниц и поклонников в Р оссии!Героиня книги, Лина, потерявшая свою любовь в постапокалиптическом мире, где простые человеческие чувства находятся под запретом, наконец-то выбирается на СЃРІРѕР±оду. С прошлым порвано, будущее неясно. Р' Дикой местности, куда она попадает, нет запрета на чувства, но там царят СЃРІРѕРё жестокие законы. Чтобы выжить, надо найти друзей, готовых ради нее на большее, чем забота о пропитании. Р

Лорен Оливер , Lars Gert , Дон Нигро

Хобби и ремесла / Драматургия / Искусствоведение / Любовное фэнтези, любовно-фантастические романы / Фантастика / Социально-философская фантастика / Любовно-фантастические романы / Зарубежная драматургия / Романы
Страдающее Средневековье. Парадоксы христианской иконографии
Страдающее Средневековье. Парадоксы христианской иконографии

Эта книга расскажет о том, как в христианской иконографии священное переплеталось с комичным, монструозным и непристойным. Многое из того, что сегодня кажется возмутительным святотатством, в Средневековье, эпоху почти всеобщей религиозности, было вполне в порядке вещей.Речь пойдёт об обезьянах на полях древних текстов, непристойных фигурах на стенах церквей и о святых в монструозном обличье. Откуда взялись эти образы, и как они связаны с последующим развитием мирового искусства?Первый на русском языке научно-популярный текст, охватывающий столько сюжетов средневековой иконографии, выходит по инициативе «Страдающего Средневековья» – сообщества любителей истории, объединившего почти полмиллиона подписчиков. Более 600 иллюстраций, уникальный текст и немного юмора – вот так и следует говорить об искусстве.

Сергей Олегович Зотов , Михаил Романович Майзульс , Дильшат Харман , Сергей Зотов

Искусствоведение / Научно-популярная литература / Образование и наука