Избирательная активация или деактивация модулей обработки создает собственный сценарий для данного состояния сознания. Как заявил Хофер, «чтобы выполнять специфические, связанные с возрастом задачи, мозг должен иметь возможность переходить из одного состояния функциональной организации в другое, то есть переходить из одного режима обработки информации в другой, оставаясь в рамках основной модульной структуры».77 Поскольку кластеры нейронов могут быстро активироваться или деактивироваться, паттерн возбуждения нейронов может отражать резкие изменения в самоорганизации. Сложная система мозга по своей природе способна к резким переходам из состояния в состояние. Природу самоорганизующихся свойств мозга можно охарактеризовать, опираясь на координацию таких переходов. Она может показывать дисфункциональность самоорганизации.
Как «инкапсулированный» эпизод опыта, конкретное состояние разума подкрепляется самоорганизацией? Поток информации внутри данной структуры помогает определить границы. Гнев может привести к определенным мыслям, образам и ощущениям, которые усиливаются и приводят к ярости. По мере того как обработка становится более гибкой, интенсивность начинает снижаться, и первоначальное состояние растворяется в более нейтральном потоке активаций. Таким образом, определенные состояния имеют вполне определенные границы и характеристики. Другие состояния характеризуются более адаптивными и гибкими паттернами активации, объединенными в функциональные единицы. В «подвижных» и «нейтральных» состояниях начало и конец определить сложнее. Таким образом, гибкость модулей обработки информации помогает определить поток состояний во времени, а не только характеризует саму обработку.
Разделение модулей обработки информации необходимо для эффективного взаимодействия с другими людьми. Есть множество разных «я», которые необходимы нам для выполнения многочисленных и разнообразных действий в ходе жизни.
Поскольку мы глубоко связаны с другими людьми, находимся в постоянно меняющейся и взаимозависимой сети социальных и глобальных отношений, то можно сказать, что «я» – это местоимение не в единственном числе, а во множественном, «я/мы». Это не просто изолированное, отдельное «я», а постоянно возникающий процесс «самоощущения», который связан с другими постоянно эволюционирующими «я». Процесс самоосознания, таким образом, и внутренний, и внешний одновременно – как и природа разума.
Алан Сроуф определил «я» как внутренне организованный кластер отношений, ожиданий, значений и чувств.78 По его мнению, «я» возникает из «организованной матрицы заботы», которая частично определяет, как человек реагирует на окружающую среду, взаимодействует с ней (или избегает ее). Отношения также определяют то, как дети интерпретируют пережитый опыт.79 Приняв за основу эту точку зрения и позицию Сьюзен Хартер, которая в своих работах описывает многие «я» типичного развития, можно сказать, что «я», в которых мы живем, зависят от контекста отношений.80 Кроме того, наши истории взаимодействия с другими людьми способны формировать определенные паттерны чувств, отношений и смыслов, которые с большей вероятностью активизируются в будущем. Таким образом, история и текущий контекст формируют любое «я», проявляющееся в данный момент. Исследования неблагоприятного детского опыта предполагают, что проблемы, возникшие в раннем возрасте, могут иметь долгосрочные последствия для психического и физического здоровья. Но нам нужно знать не только как предотвратить неблагоприятные переживания, но и как создать более интегрированный образ жизни для людей, которым пришлось пройти через сложные периоды развития.81 Нам нужно знать, как поддерживать устойчивость людей, переживших трудные времена, как развить в них новые способности к саморегуляции. Само явление устойчивости может быть многогранным.
В предыдущих разделах мы сделали обзор сложных систем и проанализировали, как переживания привязанности формируют паттерны саморегуляции. Теперь перед нами встает вопрос о том, как два человека начинают функционировать как диадическая система.82 Разные теории социальной психологии и психодинамики предполагают, что обучение, общение, подражание, интернализация, идеализация и идентификация могут играть определенную роль в развитии детей.83 Мы также можем рассмотреть этот вопрос с точки зрения разума, который частично базируется на сложной системе мозга.