времени выглядит следующим образом. Два времени, которые необходимо различать: одно, в котором на данный момент пребывает герой; это обычное, профанное (время имманентное), а другое, что связано с переживанием некоего качественного мгновения, создающее эффект полноты исполнения самого времени, переход в иное, которое сопровождается видениями, галлюцинациями, глубоким трансом (время трансцендентное). В ожидании казни, апокалиптика времени открывается в попытках овладеть образами времени конца, управлять им как собственным экзистенциальным временем. Но получается ли это? Апокалиптический трубный глас проходит сквозь словечко «склизнуло»: «Ты слышишь, как пошел нож? Раз так, то скажи, что ты чувствуешь, что ты слышишь, а что видишь, каково откровение последнего мгновения? И где оно, когда… не падающая ли в корзину отрубленная голова его знает? Скажи, Свидетель!» Вот оно, эхо завершающегося времени, все его завершает, все в нем завершается.