Читаем Русь: от язычества к православной государственности полностью

Андрей Юрьевич Боголюбский был одним из самых могущественных князей Древней Руси второй половины XII в., и в этой связи объяснимо обращение Даниила Заточника к этому князю, которого он олицетворял с силой, способной обеспечить процветание Руси и обуздать представителей элиты, стремящихся исключительно к личной выгоде. Кроме общегосударственного интереса упрочения самодержавно-княжеской власти, у Заточника был и серьезный личный интерес. Он стремился обратить внимание могущественного князя на себя с целью устройства на службу к князю, что дало основание отдельным исследователям обвинить Даниила в холопстве, а его произведение отнести к своеобразному «резюме», направленному работодателю[371].

Как видим, исследователи высказывают различные точки зрения на памятник древнерусской литературы «Моление Даниила Заточника». Автор этого сочинения, по сути, неизвестен. Однако очевидно, что Заточник одним из первых выдвинул и обосновал идею самодержавной власти, которая найдет свое воплощение в Московской Руси. Он сформулировал ее в весьма своеобразной литературной форме со скоморошьим юмором, сарказмом и афоризмами.

Таланту автора «Моления Даниила Заточника» отдал должное В.Г. Белинский (1811–1848). Он отметил: «…кто бы ни был Даниил Заточник, – можно заключить не без основания, что это была одна из тех личностей, которые, на беду себе, слишком умны, слишком даровиты, слишком много знают и, не умея прятать от людей своего превосходства оскорбляют самолюбивую посредственность; которых сердце болит и снедается ревностию по делам, чуждым им, и которые говорят там, где лучше было бы помолчать, и молчат там, где выгодно говорить; словом, одна из тех личностей, которых люди сперва хвалят и холят, потом сживают со свету и, наконец, уморивши, снова начинают хвалить…»[372].

«Поучение Владимира Мономаха» рисует нравственный идеал не только современной автору эпохи, но и для последующих времен. В «Молении Даниила Заточника» раскрыты тяготы жизни социальных низов, чьи ум и талант оказались невостребованными, отвергнутыми и униженными. В этом произведении доминирует обличительное начало, в котором явственно проступают черты русской сатиры[373].

Г.П. Федотов в домонгольском периоде выделяет три фигуры, оказавшие огромное влияние на рускую духовную культуру: Иларион Киевский, Климент Смолятич и Кирилл Туровский. Они – яркие представители христианской религиозной мысли на Руси, прославились проповедями и посланиями, заботами об обращении язычников в православную веру.

27 июля 1147 г. состоялось избрание собором русских епископов Климента Смолятича (конец XI – начало XII в.(не ранее 1164) киевским митрополитом. В этом событии главную роль сыграл киевский князь Изяслав Мстиславович, который и созвал собор епископов епархий Черниговской, Белгородской, Переяславской, Юрьевской, Владимирской, Новгородской и Смоленской. Собор созывался без согласия константинопольского патриархата и без его благословения. Киевский князь вновь, как и при избрании митрополитом Илариона, продемонстрировал стремление к независимости православного Киева от Константинополя.

Изяслав, представляя Климента собору епископов, прямо заявил, что через патриархов «в Руси власть цари греческие ищут над нами властвовать и повелевать, что противно нашей части и пользе»[374]. Характеризуя своего кандидата в митрополиты, Изяслав отметил, что он схимонах, книжник и философ. До избрания Климент находился в «затворе» и не мог выйти из него по собственному желанию. Изяслав разъяснил, что именно он вывел из «затвора» Климента ради общей пользы для церкви и государства.

Князь не для красного слова назвал Климента философом: судя по источникам, Климент был знатоком византийских и античных авторов, знал сочинения Платона и Аристотеля, по его словам, «славных мужей эллинского мира»[375]. Смолятич, по мнению историков, являлось прозвищем Климента, что указывает на его происхождение из Смоленской земли.

Часть епископов не поддержала кандидатуру Климента, мотивируя это тем, что он не прошел всех ступеней церковной иерархии. Претендент на митрополичью кафедру напрямую вышел из схимников, не имея сана епископа. «Черноризец схимник» – не ровня епископам и не имеет прав на сан митрополита. Тем не менее Климент Смолятич был избран митрополитом, но не все епископы смирились с этим решением. Последовательным противником Климента стал новгородский епископ Нифонт (ум. 1156), который в борьбе со Смолятичем получал поддержку константинопольского патриарха.

Перейти на страницу:

Все книги серии Русская история (Вече)

Ложь и правда русской истории. От варягов до империи
Ложь и правда русской истории. От варягов до империи

«Призвание варягов» – миф для утверждения власти Рюриковичей. Александр Невский – названый сын хана Батыя. Как «татаро-монголы» освобождали Гроб Господень. Петр I – основатель азиатчины в России. Потемкин – строитель империи.Осознанно или неосознанно многие из нас выбирают для себя только ту часть правды, которая им приятна. Полная правда раздражает. Исторические расследования Сергея Баймухаметова с конца 90-х годов печатаются в периодике, вызывают острые споры. Автор рассматривает ключевые моменты русской истории от Рюрика до Сталина. Точность фактов, логичность и оригинальность выводов сочетаются с увлекательностью повествования – книга читается как исторический детектив.

Сергей Темирбулатович Баймухаметов

История / Учебная и научная литература / Образование и наука
Польша и Россия. За что мы не любим друг друга
Польша и Россия. За что мы не любим друг друга

Жили-были братья-славяне – русы и ляхи. Вместе охотились, играли свадьбы, верили в одних и тех же богов Перуна и Ладо. Бывало, дрались, но чаще князья Рюриковичи звали Пястов на помощь в своих усобицах, а, соответственно, в войнах князей Пястов дружины Рюриковичей были решающим аргументом.Увы, с поляками мы никогда не были союзниками, а только врагами.Что же произошло? Как и почему рассорились братья-славяне? Почему у каждого из народов появилась своя история, ничего не имеющая общего с историей соседа? В чем причина неприятия культуры, менталитета и обычаев друг друга?Об этом рассказано в монографии Александра Широкорада «Польша и Россия. За что мы не любим друг друга».Книга издана в авторской редакции.

Александр Борисович Широкорад

История / Учебная и научная литература / Образование и наука

Похожие книги

100 великих литературных героев
100 великих литературных героев

Славный Гильгамеш и волшебница Медея, благородный Айвенго и двуликий Дориан Грей, легкомысленная Манон Леско и честолюбивый Жюльен Сорель, герой-защитник Тарас Бульба и «неопределенный» Чичиков, мудрый Сантьяго и славный солдат Василий Теркин… Литературные герои являются в наш мир, чтобы навечно поселиться в нем, творить и активно влиять на наши умы. Автор книги В.Н. Ерёмин рассуждает об основных идеях, которые принес в наш мир тот или иной литературный герой, как развивался его образ в общественном сознании и что он представляет собой в наши дни. Автор имеет свой, оригинальный взгляд на обсуждаемую тему, часто противоположный мнению, принятому в традиционном литературоведении.

Виктор Николаевич Еремин

История / Литературоведение / Энциклопедии / Образование и наука / Словари и Энциклопедии
Ленин
Ленин

«След богочеловека на земле подобен рваной ране», – сказал поэт. Обожествленный советской пропагандой, В.И. Ленин оставил после себя кровавый, незаживающий рубец, который болит даже век спустя. Кем он был – величайшим гением России или ее проклятием? Вдохновенным творцом – или беспощадным разрушителем, который вместо котлована под храм светлого будущего вырыл могильный ров для русского народа? Великим гуманистом – или карателем и палачом? Гением власти – или гением террора?..Первым получив доступ в секретные архивы ЦК КПСС и НКВД-КГБ, пройдя мучительный путь от «верного ленинца» до убежденного антикоммуниста и от поклонения Вождю до полного отрицания тоталитаризма, Д.А. Волкогонов создал книгу, ставшую откровением, не просто потрясшую, а буквально перевернувшую общественное сознание. По сей день это лучшая биография Ленина, доступная отечественному читателю. Это поразительный портрет человека, искренне желавшего добра, но оставившего в нашей истории след, «подобный рваной ране», которая не зажила до сих пор.

Дмитрий Антонович Волкогонов

Биографии и Мемуары / История / Образование и наука / Документальное