Русская армия на чужбине. Галлиполийская эпопея. Том 12

Лекции читались в отдельных частях, при штабах бригад и дивизий и при штабе корпуса, как центре, в особо отведенном для этого месте с открытой сценой, служившей в то же время и кафедрой для лекторов. Лекторы нашлись среди своих же. В частях войск было немало лиц с высшим образованием, которые в популярной, общедоступной форме, путем лекций и бесед, делились с остальными своими познаниями. Устраивались лекции и на политические темы, в которых освещалась текущая обстановка, положение в Совдепии и политическая жизнь Европы. Вообще все лекции, даже и по астрономии и космографии (были и такие), охотно посещались казаками, засыпавшими лекторов бесчисленными вопросами.

Кроме того, были учреждены особые бригадные курсы для тех офицеров, которые не могли быть, за неимением места, зачислены на офицерские курсы при Атаманском военном училище. На этих курсах, кроме специально военных предметов, преподавались также предметы общеобразовательного характера, как история России и Дона, русская литература, экономическая география, законоведение и другие. Курсы составляли отдельную учебно-строевую часть, подчинявшуюся начальникам штабов дивизий – по учебной части и командирам бригад – по строевой. Зачисленные на курсы офицеры оставались жить в своих частях и только для занятий сводились в строевые единицы.

Еще в лагере Санджак-Тепе из беженцев-любителей и профессионалов-актеров организовался театр, вносивший большое оживление в монотонную беженскую жизнь. Труппа в составе частей переехала на Лемнос, здесь пополнилась новыми силами, и театр снова открыл свою деятельность.

Вначале спектакли давались на открытой сцене, служившей в то же время и эстрадой для концертов и кафедрой для лекторов, потом сцена была оборудована в одном из бараков на пристани, занавес был по-прежнему из одеял, но декорации были освежены работами своих же художников; из американских пижам и прочих подарков понаделали костюмы, казавшиеся довольно эффектными на сцене, появился хороший грим, зрительный зал теперь уже освещался новыми фонарями. Вообще театр значительно оперился, чему немало способствовала поддержка и заботы командования.

Благодаря любовному отношению к делу руководителей театра репертуар был подобран очень тщательно, с большой разборчивостью. Ставили чеховские вещи, ставили даже Островского, драматические отрывки из Пушкина («Скупой рыцарь» и др.) и другие классические пьесы. Правда, уступая настойчивым требованиям публики, желавшей хоть немного забыться от нудной лагерной жизни и посмеяться, ставили и фарсы, и веселые комедии, водевили и другие смешные пьесы, но в основе деятельности театра всегда лежал серьезный репертуар, имеющий воспитательное значение для казаков.

Большим успехом пользовались спектакли-кабаре и концерты. Среди донцов нашлось немало отличных певцов, рассказчиков, танцоров, были даже музыканты-виртуозы. Какими-то правдами и неправдами у греков достали пианино, чуть ли не единственное на острове. Собрали струнные инструменты, причем часть инструментов, не только балалайки, но и скрипки, были весьма недурно сделаны своими руками. Главное место в программах концертов отводилось хоровому пению. Составившиеся для церковных служб хоры здесь, на сцене, конкурировали между собою, доводя исполнение номеров до высшей степени совершенства. В кабаре ставились трюки и новинки столичных сцен, вызывавшие большой интерес у публики. Вход в театр был бесплатный, и билеты распределялись по частям пропорционально их численному составу, причем довольно значительное количество билетов уделялось и гостям-грекам. На спектакли приглашались иногда и англичане, имевшие какую-то базу на острове, и даже французы, пока отношения с ними не были обострены. Трудно описать, с каким интересом следили иностранные гости за представлениями, но в особый восторг их приводили лихие казачки и удалые лезгинки, мастерски исполнявшиеся казаками. Большое впечатление производило на них и хоровое пение, и новые для них мелодии русских песен.

Нечего и говорить, что спектакли привлекали громадное количество зрителей. У открытой сцены собирались обитатели чуть ли не всех лагерей, театр бывал битком набит зрителями, мало того, кругом театра у всех окон, дверей толпой стояли казаки. Тут же среди них постоянно толкались французские солдаты, чернокожие, греки, привлеченные звуками оркестра и стройным пением хора. Казаки забирались даже на крыши, и в таком большом количестве, что временами требовалось принятие особых мер к их удалению, так как крыша грозила обрушиться. Такой интерес к спектаклям, помимо их достоинства, проявлялся еще и потому, что это было единственное развлечение на острове. Спектакли устраивались по воскресным и праздничным дням и редко в будни.