"Русская Ганза". Жизнь Немецкого подворья в Новгороде, 1346–1521 годы.

Купцы Немецкого подворья сообщают ревельскому городскому совету, что великий князь Московский распорядился назначить в Новгороде двух новых весовщиков, которым сдал внаем весы Ивановской церкви, и намерен в нарушение обычая взымать весчее[72] по 3 деньги с шифунта; просят вступиться за унтеркнехта подворья Керстена Хинкельмана, которого новгородские наместники подвергли судебному преследованию.

3 августа 1489 года.

Опубл.: HR 3. Bd. 2. № 266. S. 305–306.

Почтенным и мудрым господам, господам бургомистрам и ратманам города Ревеля, со всем почтением.

[Примите] сперва наш дружеский привет с пожеланием всего доброго. Почтенные, любезные господа, да узнает ваше почтенство, что великий князь Московский назначил здесь двух новых весовщиков, которым сдал в аренду весы под церковью святого Иоанна, и положил взымать с нас за каждый шиффунт[73] по 3 деньги, хотя прежде [брали] 3 деньги за один завес. Прежде составлял ли вес чего-либо 2 шиффунта или 3 шиффунта, за весь вес взимали не больше, чем 3 деньги, а теперь следует давать по 3 деньги с [каждого] шиффунта, который к тому же раньше уже был завешен, на что не указывает или чего не содержит крестоцелование. В связи с этим, почтенные, любезные господа, наша дружеская просьба такова: пусть ваше почтенство посовещается о том, поговорит с городами, чтобы купцы на новгородском подворье могли поскорее получить письменный ответ, из которого смогут узнать, как им следует себя вести. Почтенные, любезные господа, ваше почтенство должно узнать, что унтеркнехт подворья Керстен Хинкельман на собрании купцов жаловался на большую несправедливость, которую учинили ему здесь оба наместника по делу Яспера Махтерзама, по которому он здесь не может получить управу. Поэтому Керстен предстал здесь [перед штабой] и просил в соответствии с крестоцелованием избавить его от этого дела, поскольку он ничего не знает о торговле Яспера, да и в городах о торговле Яспера с новгородцами тоже не известно, что он хочет подтвердить своей клятвой над крестоцеловальной грамотой. Это ему ничего не даст, так как наместники говорят, что в этом деле такие свидетели должны выступать вместе со свидетелями, которые действуют на московитском праве. Видимо, следует опасаться, что они замыслили возложить на купцов еще что-то новое. Почтенные, любезные господа, два письма, которые пришли наместникам от городов по делу Керстена Хинкельмана, они меж собой обсудили и оставили себе лежать, заявив Керстену Хинкельману, что не могут ответить городам на их просьбы. Почтенные, любезные господа, в связи с этим купцы просят за унтеркнехта подворья Керстена Хинкельмана, чтобы ваши почтенства соблаговолили отправить наместникам еще одно убедительное письмо и настойчиво потребовать [соблюдать] крестоцелование, чтобы те не подновляли обычаи, существующие согласно крестоцелованию, но соблюдали его безоговорочно; а унтеркнехт, который хлопочет по поводу тяжбы, сильно болен, и наместники должны признать, что Керстен прав, и еще им не следует отказывать ему в правосудии по поводу суммы, ибо сумма, которую новгородцы затребовали в ходе тяжбы, слишком велика. В настоящее время более ничего нет, а потому мы препоручаем ваше почтенство всемогущему Господу. Писано на новгородском подворье в среду на Освобождение от оков святого Петра (14)89.

Предстоятели и мудрейшие, в настоящее время присутствующие в Новгороде.

Den ersamen und wol wyssen heren, heren borgermesteren und ratmannen der stat Reval mit ganßer ersamheit etc.