Русские святые воины в тысячелетней истории России

Ход войны. Россия традиционно тяжело втягивается в войны. Наши войска потерпели ряд жестоких поражений. Но все они были вне пределов нашей страны. К лету 1905 года военные и экономические силы Японии уже были истощены до предела. А Россия готовилась ввести в бой свои основные силы. В этих условиях наши американские «друзья» поспешили «помирить» соперников. Мирный договор был подписан на американской (!) территории, в Портсмуте. Японцы получили гораздо меньше того, на что рассчитывали.

Ошибки в ходе подготовки и во время самой войны нами допущены очень серьёзные, но они были вполне поправимы. И в дальнейшем были учтены.

Таким образом, можно сказать, что Россия проиграла эту войну накануне победы. И главной причиной поражения была внутренняя революция. Невозможность воевать на два фронта – внешний и внутренний. Император Николай II посчитал, что «внутреннее благосостояние важнее, чем победа». На этот раз империя устояла. В 1917 году наши противники довели дело «до конца».

Император предвидел неизбежность столкновения с Японией. Подготовка к войне велась по всем направлениям. Особое место в приготовлениях отводилось воинскому духовенству. Ещё в начале 1900 года генерал А. Н. Куропаткин представил «на высочайшее имя» доклад, в котором предложил «изыскать средства для постройки церквей при всех частях войск, в которых по штату положен священник, и для расширения существующих войсковых храмов, для чего необходимо разработать тип военной церкви хотя бы барачной системы, но поместительной и недорогой…». На докладе собственною императорскою рукою было написано: «Дай Бог в скором времени удовлетворить религиозные нужды войск, что и я считаю делом в высокой степени важным…»

К сожалению, отличный администратор и хороший генштабист, Куропаткин оказался впоследствии неудачным полководцем.

За пять предвоенных лет была построена и открыта пятьдесят одна войсковая церковь. На время войны при полках были предусмотрены походные церкви зачастую в виде обставленных соответствующим образом вместительных палаток. Однако роль этих простейших по конструкции сооружений была чрезвычайно значительна. Подполковник В. И. Селивачёв позже отмечал в своих воспоминаниях: «Большое спасибо сказал бы каждый из нас тому, кто ввёл в полках походные церкви… Надо было видеть молящуюся толпу, чтобы понять то великое значение, какое в жизни солдата, и в особенности в дни боевых тревог, имеет его общение с церковью».

Известие о внезапном нападении японской эскадры на Порт-Артур в ночь на 26 января 1904 года было встречено в России массовым подъёмом патриотических и национальных чувств. Православная Церковь поддержала действия правительства, направленные на предотвращение японской агрессии. В церквах читался царский манифест, служились торжественные молебны о победе русского оружия. Главный штаб и Красный Крест осаждались добровольцами. Начался массовый сбор средств на развитие армии и флота, госпитали и лазареты, на вспомоществование семьям убитых и раненых.

Священник напутствует раненого. Русско-японская война 1904–1905 гг.[1]

Велик был патриотический порыв и в среде духовенства. Первоприсутствующий в Святейшем Синоде митрополит Петербургский Антоний (Вадковский) от имени всей полноты церковной обратился к императору Всероссийскому с письмом, в котором, в частности, говорилось: «Дерзай, Государь! Кто Бог велий, яко Бог наш… Располагай нами и имуществом нашим. Нужно будет – церкви и монастыри вынесут драгоценные украшения святынь своих на алтарь Отечества».

С началом войны общее руководство делами по духовному окормлению воинов, отправляющихся в действующую армию, а также благотворительной деятельностью Церкви решением Святейшего Синода было возложено на Протопресвитера военного и морского духовенства Александра Алексиевича Желобовского. Все регулярные части сухопутной армии были укомплектованы штатными священниками. Большинство из них имели в своём составе походные храмы, которые было легко развернуть в полевых условиях. В формируемые соединения назначались достойные пастыри, которые обеспечивались необходимым церковным имуществом. С особой тщательностью подбирался штат судовых священников.

По предложению отца Александра Священный Синод обратился со специальным воззванием о призыве пастырей в военные госпитали, а также в санитарные отряды и лазареты Красного Креста. Добровольцев оказалось так много, что Синод вскоре был вынужден сообщить в печати, что «за назначением достаточного числа священнослужителей во все лазареты и госпитали при действующей на Дальнем Востоке армии, дальнейшая посылка священнослужителей приостановлена впредь до особых распоряжений». Позже отец Александр писал, что «пастыри, можно сказать, рвались на Дальний Восток из-за желания послужить Родине вместе с христолюбивыми воинами».