Русские святые воины в тысячелетней истории России

В начале 1915 года 209-й пехотный Богородский полк, где служил иеромонах Филофей (Антипочев), попал в окружение в Августовских лесах и понёс огромные потери. Из всего полка до Гродно добрались двести человек. В журнале боевых действий записано: «Иеромонах Филофей находился в это время на 3-й батарее. При начавшейся артиллерийской стрельбе нижние чины от неожиданности попадания немецких снарядов дрогнули, но иеромонах Филофей тотчас же с крестом в руках начал успокаивать нижние чины и читать молитвы и благословлять их. При наступлении немецкой пехоты он под пулями обходил все окопы, окроплял и ободрял нижние чины, уговаривал их и воодушевлял. Когда же полк вследствие превосходящих сил противника начал отступать, иеромонах Филофей шёл сзади, уговаривая нижние чины не волноваться и быть уверенными в своих начальниках и спокойно отступать».

Из окружения выходили малыми группами. Тогда иеромонах Филофей и решил спасти святыню полка – боевое знамя. Он обернул полотнище Георгиевского полкового знамени вокруг тела и скрыл его под своим облачением, чтобы знамя не досталось врагу.

Иеромонах Богородицкой Площанской пустыни Евтихий (Тулупов) во время войны служил военным священником в 289-м Коротоякском полку 73-й пехотной дивизии. Он не обладал ни высоким ростом, ни особой физической силой, но отличался удивительной добротой и постоянной милосердной заботой о своих воинах.

В его части служила санитаркой известная русская певица Надежда Плевицкая, которая в мемуарах писала о нём: «…врачи выбивались из сил, и руки их были в крови. Не было времени мыть. Полковой священник, седой иеромонах, медленно и с удивительным спокойствием резал марлю для бинтов… среди крови и стонов иеромонах спокойно стал мне рассказывать, откуда он родом, какой обители и как трудно ему было привыкать к скоромному. Мне показалось, что он умышленно завёл такой неподходящий разговор. “А может, он придурковатый?“ – мелькнуло у меня, но, встретив взгляд иеромонаха, я поняла, что лучисто-серые глаза его таят мудрость. Руки мои уже не дрожали и уверенно резали марлю, спокойствие передалось от монаха и мне».

Подготовка к богослужению. Фото из архива автора

Девятого июля 1915 года полк попал в окружение. Отец Евтихий видел, как погибает под перекрёстным обстрелом его паства. Он встал во весь рост и с крестом в руке спокойным шагом повёл солдат на прорыв и погиб при подходе к деревне Можейканы. Его полковой командир писал в своём рапорте, что отец Евтихий никогда не считался с опасностью и нисколько не боялся смерти.

Корреспондент газеты «Новое время» писал о том бое: «Маленький, с большой седой бородой, с лицом детской доброты и веры, отец Евтихий вышел с ротами из опушки леса, держа крест над головой, прошёл под ожесточённым огнём неприятельской цепи и пошёл далее. А за ним вперёд побежали другие. Пуля противника ранила батюшку в плечо. Его тут же перевязали, и он опять пошёл вперед, пока не упал навзничь…» Мужественный воин-священник до этого был награждён орденом Святой Анны с мечами и бантом за бои в Восточной Пруссии. За свой последний бой он был посмертно удостоен ордена Святого Георгия. Священник Аркадий (Мамаев) написал о его подвиге в стихах.

В атаку полк. С полком и старец!Поднявши крест над головой,Идёт он рядом с командиром,Ведя сынов всех за собой.Христа завету всюду верный,Был впереди всегда овец!В бою он рану принял первыйИ Царства Вечного венец!

Это была поистине героическая категория людей. «В тех жутких контратаках среди солдатских гимнастёрок мелькали чёрные фигуры – полковые батюшки, подогнув рясы, в грубых сапогах шли с воинами, ободряя робких простым евангельским словом и поведением…» – записал в своих воспоминаниях генерал А. А. Брусилов.

Всего в 1914–1918 годах сорок военных православных священников были убиты или умерли от ран, более двухсот получили раны и контузии. Вместе с православным духовенством в рядах Российской армии служили представители всех основных конфессий: священники армяно-григорианского, католического и протестантского вероисповедования, буддийские ламы, иудейские раввины и мусульманские муллы. Среди них тоже было немало героических пастырей. Бакша-лама донских калмыков Менько Барманжинов, по представлению Главного штаба, был награждён орденом Святой Анны, полковой мулла Черкесского конного полка Мишеост Набоков – орденом Анны с мечами. Орден Станислава c мечами и бантом заслужил полковой мулла Ингушского полка Хаджи-Таубот Горбаков «за то, что в бою 3 июня 1916 года, когда австрийская пехота перешла в наступление… он, въехав вперёд в цепь и лаву, возбуждал и зажигал всадников своими речами и личным примером храбрости, пока не был контужен в голову разорвавшимся артиллерийским снарядом и увезён на перевязочный пункт».