Русский Порт-Артур в 1904 году. История военной повседневности

В городе были русский и китайский театры. Русский театр помещался в здании при матросской чайной, в нем было устроено электрическое освещение. Однако внезапно в 1902 г. театр сгорел. После пожара он занял помещения в здании китайского театра Тифонтая, в Новом китайском городе. При театре существовали литературно-артистический кружок и общество хорового пения[82]. До 1903 г. в порт-артурском русском театре выступала труппа К.П. Мирославского под афишированной фирмой «Дирекции Дальнего Востока». «Понятно, – писал Г. Козьмин, – что артистические силы здесь невысоки, но и за то, что есть, можно сказать спасибо. <…> Также подносятся венки, также сочиняются в честь местных сильфид хвалебные вирши, и на страницах “Нового края” периодически появляются театральные рецензии». Словом, в театре «по возможности удовлетворялись эстетические потребности Квантунской интеллигенции»[83].

В конце 1903 г. в новом порт-артурском театре, получившем 15 тыс. руб. на восстановление, обосновалась драма. 3 января 1904 г. газета «Новый край» отозвалась следующим образом о театральной жизни города: «Разумные развлечения едва ли не исчерпываются исключительно одним театром. Предыдущие два года, как известно, здесь подвязалась оперетка, а ее – и то лишь с некоторой натяжкой – приходится отнести к категории полуздоровых развлечений. Однако последняя имела несравненно больше успеха, чем работающая ныне драма <…> так это потому, что немало посетителей отнимают кафе-шантаны»[84].

Для аристократической части Квантунского общества большим событием были балы у начальника края. На них присутствовали самые разные гости. «Тут и китайский генерал, и компрадор китайского банка <…> тут и формы всех родов оружия и меланхолические фраки», – вспоминал Г. Козьмин. Разумеется, на таких балах демонстрировались самые последние моды Парижа, для чего бывали опустошены все магазины Порт-Артура[85]. Возможность приобретать модные парижские наряды в Порт-Артуре, безусловно, делала честь местным магазинам.

Европеизация Порт-Артура коснулась всех сторон жизни города. По свидетельству очевидца, «подъезжая к Порт-Артуру <…> вы во всем видите и чувствуете дело рук европейца: высокие дома, купола церквей, заводские трубы, телефонные и телеграфные провода»[86]. Так, местная телефонная сеть связывала к 1904 г. все ведомственные учреждения Порт-Артура. Телефоны стояли в домах многих военных и моряков, у частных лиц. После начала войны городская телефонная сеть была закрыта для частных лиц, и даже у лиц, занимающих официальное положение, телефоны сохранялись только с разрешения коменданта крепости[87].

Первыми и важнейшими атрибутами европейской жизни для любого приезжающего в Порт-Артур были гостиницы и рестораны. Город располагал несколькими хорошими отелями. Однако в силу постоянного наплыва командировочных в мирное время «приезжающему в Артур первое дело, и дело нелегкое отыскать себе пристанище, – вспоминал В.И. Немирович-Данченко, – <…> Меня привезли, прежде всего, к Никобадзе [весьма посредственные номера в Старом городе. – А.Л.]. В.И. Немирович-Данченко вообще называет место своего размещения там «душными и тесными стойлами». Далее он объясняет: «Требовательность растет сообразно месту, где находишься. В Мукдене, Ляояне я бы удовлетворился таким стойлом, но в европейском Порт-Артуре другое дело»[88]. Это касалось и ресторанов, многие из которых были весьма скверные, а иные, по свидетельству очевидцев, сделали бы честь любому европейскому городу[89]. Наличие хороших заведений выгодно отличало Порт-Артур – к началу XX в. о нем сформировалось мнение как об одном из престижных городов русского Дальнего Востока.

К европейскому облику нового Порт-Артура и его русской сущности непременно надо еще добавить тот факт, что основной группой русского населения на Квантуне являлись военнослужащие – морские и сухопутные офицеры и нижние чины. В 1898–1904 гг. Порт-Артур без русской военно-морской составляющей просто немыслим. Основными пользователями его инфраструктуры были военные и их семьи. Соответственно, они являлись и главными участниками городской жизни. Большая часть сюжетов из истории повседневности Порт-Артура связана с чинами армии и флота. Их жизнь вне строя, отдых, развлечения, взаимоотношения, проведение досуга – все проходило на улицах, в домах и заведениях города.