Рыбки в пятнах света

В этот момент на камере словно включается ближний ракурс, и я вижу детей крупным планом.

Оказывается, они играют в песочнице.

Зачерпывают песок ладонями и насыпают горку, будто что-то закапывают.

Что это может быть? Я смотрю на их руки.

Что-то черное. Довольно большое.

Что же это такое?..

Жужжание в ушах не прекращается. Кругом летают насекомые. Кружат вокруг детей или вокруг меня? И их много.

Дети продолжают насыпать песок.

Их маленькие руки работают без устали.

Пригоршня за пригоршней. Холмик серого песка над черным предметом растет.

* * *

– Устроим привал. Тут неподалеку замечательное местечко, – предложил проводник.

Мы удивленно переглянулись. С предыдущего привала прошло всего ничего. Может быть, проводник решил, что мне надо отдохнуть?

Бронзовки или кто там еще зудели над ухом не переставая. Видимо, их привлекал запах пота. Так или иначе, оставлять меня в покое они не собирались.

* * *

Дети продолжают сосредоточенно вози-ться в песке.

У них общая задача – похоронить это черное не пойми что.

* * *

Выбранное для отдыха проводником место действительно оказалось очень живописным. Полянка, окруженная лесом, напомнила убежище из моего детства, которое мы использовали, играя в прятки.

* * *

Трое детей сидят в песочнице. Насыпают песок.

* * *

Не успела я и глазом моргнуть, как проводник и Хиро пропали из виду.

Я осталась одна в секретном убежище. Словно вернулась в детство.

Не отдавая себе отчет в своих действиях, я присела на траву, от которой поднимался теплый и влажный аромат.

Жужжание не стихало.

Поднимавшиеся от травы душные запахи обволакивали тело. Гудение насекомых нарастало, примешиваясь к окружавшему меня травяному миксу.

И я возвращаюсь в детство.

В те далекие дни, когда я была маленькой. Сколько мне лет? Разделили нас с Хиро или еще нет?

Мы должны закопать это.

Я нагребаю песок, который лежит у меня под ногами. Действую обеими руками, чтобы похоронить черную штуковину.

Ж-ж-ж… Кто-то или что-то кружит вокруг меня. Или это шум двигателя? Я продолжаю копаться в песочнице, песок шуршит сквозь пальцы, покрывая этот предмет.

* * *

– Аки! Что с тобой? Тебе нехорошо?

Голос у меня за спиной наконец выводит меня из паралича.

Я оборачиваюсь и вижу бледное как мел лицо Хиро.

– А? А-а… – невразумительно мычу я в ответ и резким движением заворачиваю кран.

Снова гудение. Я медленно поднимаю голову.

Ах, это вентилятор! Не жук гудит.

Я вытираю пот на шее и выключаю прибор. В комнате наконец наступает тишина.

– Что с тобой? – повторяет он свой вопрос.

Я смотрю на него. Виденный во сне мальчик, копавшийся в песке, превратился в бледного парня.

Парня, которого я люблю. Который сейчас смотрит на меня с неприязнью.

– Я вспомнила… Из-за вентилятора. Хотя раньше слышала это каждый день. Память – странная штука.

– Что ты вспомнила?

– Что произошло тогда. На нашем последнем привале.

– И что же?

Я складываю вымытые пластиковые тарелки и вилки в полиэтиленовый пакет.

– Я долго не могла вспомнить, что происходило в тот день. В голове были только жара, усталость и какой-то туман. И вот память вернулась.

– Что ты вспомнила?

Я вижу, что он затаил дыхание в ожидании, что я еще скажу.

Интересно, что он надеется услышать? Признание в убийстве? Или?..

– Никакую траву я не связывала, – говорю я со вздохом. – Я что-то закапывала.

– То есть как – закапывала?

Его недоуменный взгляд раздражает. Как ему объяснить, что я чувствовала в тот день?

– Не знаю, как лучше объяснить, но тогда, на привале, мне вспомнилась сцена из детства. Во сне это было или на самом деле, не знаю, но я повторяла движения, которые совершала в той сцене. Ты так никогда не делал? Просыпаешься, а думаешь, что еще спишь, и говоришь с кем-то, кто был во сне, кричишь, плачешь. С тобой не бывало такого?

– Да, но…

Я вижу, что он сбит с толку. В том нет его вины. Я сама не могу толково объяснить.

– Я видела тебя и себя детьми. Мы играли в песочнице, потом подошла еще одна девочка, и мы стали играть вместе.

– Еще одна?

– Ну да. Мы втроем копали песок обеими руками и что-то им засыпали.

Я не сказала о том, что подошедшая девочка тоже была я. Это усложнило бы разговор, от которого у меня и без того шла кругом голова, и Хиро только запутался бы еще больше.

Он делает жест, будто что-то зачерпывает рукой.

Потом повторяет его еще и еще и погружается в раздумья.

Мы возвращаемся в комнату и снова садимся у чемодана друг против друга.

– В тот день вокруг моей головы кружили насекомые и гудели. Это ужасно раздражало. Это как-то связано с тем, что происходило в детстве. А сейчас шум вентилятора оживил память… Так же, как в тот день насекомые оживили детские воспоминания.

Моя убежденность крепнет с каждым произнесенным словом. Голос звучит все увереннее.

Хотя Хиро еще не убежден до конца, он согласно кивает головой.

И тут меня словно осенило.

То большое и черное, что дети засыпали песком, это…

– Ребенок! – вырвалось у меня.

Мы втроем закапывали в песочнице ребенка.

Глава 19

Понадобилось какое-то время, чтобы сообразить, что передо мной происходит.

Необычный вид Аки поразил меня.

У меня были причины чувствовать себя ошарашенным.