С-101 в воспоминаниях экипажа

Управление рулями переведено в электрическое. Подается команда: «По местам стоять, к всплытию». Из отсеков получены доклады, что по местам стоят, к всплытию. Артиллерийская прислуга собрана во втором и четвертом отсеках. Открывается нижнерубочный люк, управление вертикальным рулем переводится в рубку. Старпом занимает место в рубке у перископа. Подается команда всплывать на перископную глубину. Перископная глубина, только небольшая часть перископа выставлена над поверхностью воды. Горизонт чист, подвсплываем еще для осмотра горизонта, но кораблей противника не видно. Дается команда продуть среднюю цистерну, старпом, сигнальщик и артиллерийская прислуга выбегают на мостик. Утро, море спокойное, ярко светит солнце и на наше счастье море пустынно. За лодкой тянется шлейф топлива.

Внутри лодки приток чистого воздуха вызывает обморочное состояние личного состава, находящегося в центральном посту, но это быстро проходит. Продувается главный балласт дизелем, второй дизель запускается на винт. Надо уйти подальше от берега. По радио докладывается обстановка на лодке, и мы получаем «добро» возвратиться в базу. День 25 мая 1942 года был днем нашего второго рождения. Переход в базу совершаем в надводном положении. Вот и родные берега, как они милы, несмотря на их суровость.

Лодка имеет большие повреждения, необходима замена аккумуляторной батареи, но их нет. Картер компрессора левого борта дал трещину, повреждены цистерны главного балласта и клапана вентиляции цистерн главного балласта. Лодка требует ремонта и докования. Июнь месяц мы стоим в Пала-губе у «Красного горна», идет ремонт. Картер компрессора решили скрепить специальными стяжками с фундаментом. Такая конструкция себя оправдала, и мы этим компрессором качали воздух всю войну.

Немецкая авиация беспощадно бомбит Мурманск. Он весь горит. Налетают одновременно 60–70 самолетов, в это время там творится ад кромешный. Из Полярного виден дым от пожарища Мурманска.

В начале июля ремонт окончен, требуется постановка в док. Доки заняты, приходится ждать. Не решен вопрос замены аккумуляторной батареи. Батарей нет. Нам предлагают эксплуатировать старую батарею, хотя она по всем показателям подлежит замене. Командование бригады обсуждает вопрос использования нашей лодки в артиллерийском варианте. Но это, видимо, абсурдно. Пока все эти вопросы не решены, мы уходим в море на прикрытие конвоя. Опять скучная история, не приносящая нам победы. Проторчали 20 суток в море и ни с чем вернулись в базу.

Уже вторая половина августа, на рубке нарисована цифра «1», как будто кол за нашу боевую работу. В начале сентября месяца нас поставили в плавучий док в губе Окольной вблизи поселка Ваенга (совр. Североморск). При постановке в док от неправильной откачки балласта из цистерн чуть не опрокинули лодку и док. Команда расселена на лодке в доке. Это неудобно и не дает отдыха команде. В одну из первых ночей немецкая авиация совершила налет на док и батареи, которые были поставлены для охраны дока. Налет и бомбежка продолжались около двух часов. Ночь прошла без сна, а наутро опять работа.

Через несколько дней команду поселили в землянках, ранее принадлежавших летчикам. Место удивительно живописное, но мы утром уходим, а вечером приходим, так что наслаждаться природой некогда. Докование тянется страшно медленно, уже начало октября, а ремонт не закончен. Наконец в середине октября мы вышли из дока и пришли в Полярное.

Поступило приказание приготовиться к выходу в море. В конце октября мы вышли в следующий боевой поход. Мы шли к Шпицбергену. Задача похода: оказать помощь одиночно следующим в нашу страну транспортам. В ноябре месяце стоят штормовые погоды. Частые снежные заряды. В тех широтах продолжительность дня 3 часа. За весь поход мы один раз слышали бомбежку какого-то транспорта. Легли на курс бомбежки. Когда подошли к предполагаемому месту событий, уже было темно. Давали вспышки прожектором, освещали поверхность воды, но признаков жизни не обнаружили. Проходив там до середины ноября, мы начали возвращаться в базу. После прихода в базу выгрузили аккумуляторную батарею и стали в ремонт в Пала-губе к плавучим мастерским «Красный горн».

Итак, кончился 1942 военный год, который нам не принес удачи. В январе (у автора написано: в августе. – О.З.) месяце старшину мотористов Антонова, моториста Лозового и др. командование флота направило на Сталинградский фронт. Тов. Лозовой погиб на сухопутном фронте. Начало нового, 1943 года ознаменовалась тем, что на нашу лодку пришёл новый командир П.И. Егоров.

В январе 1943 года на лодке был закончен ремонт. Мы перешли в базу, погрузили аккумуляторную батарею и в связи с приходом нового командира стали готовиться к сдаче задач по курсу боевой подготовки. Мы успешно выполнили все задачи, после чего получили указание приготовиться к выходу в море.