С-101 в воспоминаниях экипажа

Вот акустик доложил, что слышит шум винтов, вахтенный офицер в перископ увидел конвой противника. Погода не благоприятствовала атаке. Стоял штиль, море было совершенно спокойно. Командира вызвали в рубку. Объявлена торпедная атака. Все стоят на боевых постах. Напряженность возрастает по мере сближения с противником. В отсеках прильнули ухом к переговорным трубам и слушают, что происходит в центральном посту. Идут два транспорта, пять миноносцев и четыре охотника за подводными лодками.

Командир маневрирует для выхода в точку залпа. Инженер-механик Г.А Динцер следит за плавучестью лодки, обеспечивает выход на перископную глубину, ведет контроль над работой рулевых, стоящих на постах вертикального и горизонтальных рулей, а также контролирует правильность изменений хода. Весь личный состав подводной лодки напряжённо работает.

Дана команда: «Носовые аппараты к выстрелу изготовить». Из первого отсека доложили о готовности носовых аппаратов. Командир отдает приказание всплыть на перископную глубину. Одновременно подается команда в первый отсек: «Аппараты…» По этой команде все окончательно приводится в готовность к выстрелу, нажим на боевой клапан – и торпеда пошла. Лодка с небольшим дифферентом на корму всплывает на перископную глубину, это самое опасное положение, так как при стрельбе должен быть дифферент 0° или 0,5° на нос. При выстреле, во-первых, получается момент от отдачи, дифференцирующий на корму, и, во-вторых, на какое-то время облегчается нос лодки, так как торпеда весит больше воды, что также способствует увеличению дифферента на корму. Стрельба с дифферентом на корму также не рекомендуется из-за того, что торпеда в первый момент выскакивает на поверхность воды и тем самым выдает лодку. Такое положение подводной лодки неизбежно вызывает ее всплытие. В это время мы еще не имели системы беспузырной торпедной стрельбы. И вот, в момент всплытия, одному из торпедистов показалось, что подана команда «Пли», он нажал на боевой клапан, и торпеда вышла. Лодка стремительно пошла вверх, торпеда выскочила на поверхность, а время залпа еще не наступило. Лодку удалось удержать от всплытия, но, видимо, перископ очень высоко был поднят над водой. Противник видел все происшедшее. Было приказано больше торпед не выпускать и погружаться. Никаких взрывов мы не слышали. Через короткий промежуток времени всплыли на перископную глубину, конвой следовал тем же походным ордером, держа курс на запад. Была дана команда: «Отбой торпедной атаки».

Началось маневрирование вдоль побережья противника в ожидании встречи с ним. Часа через 2–3 акустик вновь доложил, что слышит шум винтов на западе. В поднятый перископ было видно, что двумя колоннами следуют военные корабли противника, очень похожие на те, которые сопровождали транспорты, но по количеству меньше. Это были миноносцы и охотники за подводными лодками.

Объявили торпедную атаку, носовые и кормовые аппараты приготовили к выстрелу. Так как подводная лодка оказалась между двумя колоннами, командир решил атаковать головные миноносцы обеих колонн. Мы собирались уже выстрелить торпеды, когда командир увидел, что с миноносцев начали выстреливать глубинные бомбы и миноносцы повернули на лодку.

Поступило приказание закрыть передние крышки кормовых и носовых аппаратов и погружаться на 20 метров. В этот момент взрыв страшной силы потряс лодку. Выбили батарейные автоматы, погас свет, посыпалось битое стекло, клинья и другое аварийное оборудование. Началась ожесточенная бомбежка. Личный состав второго и четвертого отсеков не успевали включать батарейные автоматы, и лодка практически оставалась без хода. Мы медленно погружались и на глубине 90 метров легли на грунт. Наше положение было критическим. В первые 20–30 минут глубинные бомбы сыпались почти беспрерывно. Решили подвсплыть и, маневрируя на ходу, оторваться от преследования. Корабли противника стали стопорить ход, прослушивать и затем опять начинали бомбить. В момент, когда противник бросал глубинные бомбы, мы откачивали воду из уравнительной цистерны.

Этот способ всплытия оказался малоэффективным, и тогда было принято решение дать пузырь в среднюю группу цистерн. Первая опасность при этом способе была такова, что при подаче воздуха в цистерну на глубине 90 метров он, по мере всплытия, расширяясь, еще больше выдавит воды из цистерн и лодка, всплывая, будет получать ускорение. Снять же воздушную подушку через клапаны вентиляции это значит демаскировать лодку. Если не удастся удержать ее в подводном положении, то это верная гибель.

Вторая опасность заключается в том, что когда цистерны заполнены водой, то едва ли возможно их повреждение от взрывов, но при наличии воздушных подушек повреждение цистерн неизбежно и с выходом на большие глубины моря, это тоже гибель. И третья опасность. Во время близких взрывов глубинных бомб, происходило открытие клапанов вентиляции. Если мы дадим воздушный пузырь в цистерну и во время бомбежки откроется клапан вентиляции, место лодки будет для противника определено точно и тогда возврата в базу быть не может.