По данным Б. Л. Гульман, до 33 % изнасилований носят групповой характер.[474] По нашим данным (см. рис. 15), процент групповых изнасилований и насильственных сексуальных действий значительно выше в возрастной группе лиц до 18 лет. Групповой характер сексуального насилия характеризуется зависимостью от возраста участников преступления. Другой особенностью, выявленной при анализе групповых форм насильственных действий сексуального характера, является большая направленность таких действий в отношении лиц мужского пола. Исследуя проблему группового изнасилования, С. Czapow отмечает типичные черты участников криминальных группировок, такие как асоциальная направленность развития личности, принадлежность к уличным компаниям, высокая степень зависимости поведения индивида от лидера группы, личность которого характеризуется выраженной агрессивностью и деструктивной направленностью.
Для криминологического анализа все преступления по ст. 131 и 132 УК были подразделены на три группы: 1) одиночные; 2) групповые и 3) в присутствии «третьих лиц». При этом групповые формы в соответствии с диспозицией п. «б» ч. 2 ст. 131 и п. «б» ч. 2 ст. 132 разделены на следующие виды, совершенные: а) группой лиц; б) группой лиц по предварительному сговору и в) организованной группой лиц. Кроме того, групповые формы в зависимости от того, какие функции выполняли другие участники, разделены на: а) соисполнителей и б) соучастников (лиц, которые не применяли непосредственного насилия или угрозы насилия и сексуальных действий), которые выступали как организаторы, подстрекатели или пособники. Полученные результаты анализа в отношении 414 человек, привлеченных по ст. 131 и 132 УК на территории Орловской области за период с 1997 по 2005 г. включительно, приведены на рисунке 16.
На диаграммах видно, что присутствие «третьих лиц», т. е. лиц, находившихся на месте совершения преступления, но в действиях которых не усматривается состава преступления, значительно выше при групповом характере насилия. Наличие такой группы само по себе свидетельствует о росте толерантности к явлениям преступности в целом и к сексуальному насилию в частности. Важность введения понятия «третье лицо» с социально-психологических позиций изучения группового поведения неоднократно отмечалось многими авторами. Так, Г. М. Андреева пишет: «…присутствие в группе третьего лица создает новую позицию – наблюдателя, что добавляет существенно новый момент к возникающей системе взаимоотношений… при этом представляя именно не межличностное, а деятельное начало».[475]
Таким образом, можно говорить об уголовно-правовом понятии группового сексуального насилия в формах соучастия или соисполнительства и криминологической расширенной трактовки понятия группы, куда входят «третьи лица», в действиях которых нет состава преступления. Наибольший интерес с криминологической точки зрения представляет вовлеченность членов группы в криминальную динамику, т. е. почему одни лица совершают насилие, угрозу насилия и сексуальные действия, а другие – нет. Индивид в группе де-индивидуализирован, он представляет собой Homo collectivus. Испанский социобиолог J. Jauregui пишет: «Бывает очень интересно обнаружить, как часто и в каких обстоятельствах человеческие существа думают, чувствуют или действуют не как отдельные, уникальные индивидуальности, а как члены определенных социальных групп: как англичане, марксисты, католики и т. д.».[476]
Исследование процессов «криминальной вовлеченности» членов группы выявляет зависимость от социометрических параметров группы, и в первую очередь, от количества человек в группе. Последний показатель может варьировать в широких пределах. Так, И. Н. Якимов описывал случаи, когда число участников составляло 24, 26 и 62 человека.[477] В среднем численность при уголовно-правовом подходе к понятию группы варьируется от 2 до 8 человек, при криминологическом – от 3 (один как соучастник или соисполнитель и один – «третье лицо») до 12 (см. рис. 17). Выявленной особенностью является то, что при увеличении количества человек в группе более 4–5, остальные члены криминально не вовлечены в совершение преступления, а выступают «третьими лицами». Для описания механизма криминальной вовлеченности представляет интерес деление групп на группы членства и референтные.[478]