Семейная драма XVIII столетия. Дело Александры Воейковой

Но каковыя светейшия узаконении ободрили меня, в женах несчастнейшею, повергнуться к стопам ВАШЕГО ИМПЕРАТОРСКАГО ВЕЛИЧЕСТВА с пролитием горчайших слез моих, извлекаемых от матери[96], лишенной детей своих коварством и насилием в самое то время, когда наибольшия должна была прилагать старании об их добром и чесном воспитании, исполняема будучи родительскою к ним любовию и матери им соболезнованием, сострадая более об их сей злой участи, нежели о своих собственных тяшких и редко слыханных обидах и утеснениях таких, что четвертой год при сем несчастии нашем и при неусыпных стараниях моих суда законнаго не получала ни от московскаго главнокомандующаго при всей его добродетели и справедливости. Мне от него во оном отказано по притчине немилости и величайшего и публичнаго ко мне гонения от сенатскаго обер-прокурора князя Гаврилы Петровича Гагарина, роднаго племянника супруге Петра Дмитриевича Еропкина, которой Гагарин персонально и неоднократно мне приговаривал, чтоб я просила, где хочу, но он меня уверяет, что я нигде суда себе не найду. А его сиятельство сам оному делу будет ходатай и заступник. (Просила же я сего правосудия от его превосходительства Петра Дмитриевича по силе высочайшаго узаконения Учреждение о губерниях 84-й статьи, как государеву наместнику благочиние и полиция сельская и градская подчинены, то он и имеет пресекать всякаго рода злоупотребление, а наипаче роскошь безмерною и разорительную, обуздывать излишество, беспудствия, мотавство, тиранство и жестокости. XXV главы того же ВЫСОЧАЙШАГО Учреждения 391-й статьи между протчим прописано: смирительны[й] дом устонавляется ради таких людей обоего пола, которыя непотребнаго и невоздержаннаго жития, для людей, которыя впадут в непотребство, начнут расточать имение, дом свой разорять, долгов накоплят и чинят[97] непотребности, противныя чести, для таких, которыя бе[з] стыда и зазора иметь будут явно поведение, добронравию и благочинию противное.) А равно и от резанского правящаго должность генерала-губернатора Гудовича не получила суда законнаго по двум насланным к нему сенатским указам. Ибо мое несчастие так велико и отлично от других, что и сам Правительствующей Сенат прежде на прошение мое в 1787-м году марта от 16 июля и от 4 числ двумя своими указами дал мне по сему делу правосудие со изисканием в нем всей истинности и о пресечении всех злоупотреблений и тяшких моих и детей наших обид, подведя оное прошение под вышепомянутое узаконение ВЫСОЧАЙШАГО Учреждения о губерниях 84-й и 391-й статей и избавя меня по прошению моему производством дела сего от московской губернии, а препоручил оное по желанию моему в руководство резанскому правящему должность генералу-губернатору Гудовичу. А в 1788-м году маия 29 дня определением по сему ж самому делу зделал третей указ на указ, один з другим в несогласность и законам в противность 1746-го декабря 2, 1762-го годов июля 19 числ[98], то данное мне двумя его указами правосудие отнял и послал указ к резанскому правящему должность генералу-губернатору в таковой силе, чтоб он по тем, прежде посланным к нему из Сената указам больше бы в производство по делу моему не входил и решительного исполнения и законнаго делу сему окончания зделать уже по тем указам не повелел, на что он, Сенат, за силою вышепрописанных указов содержания ни малейшей власти не имеет, сам за собой в разсмотрение решенаго дела своею [волею] входить и указы сенатския изпровергать и определение на определение по одному делу, разнообразныя одно другому в противность издавать без особливаго ВАШЕГО ИМПЕРАТОРСКАГО ВЕЛИЧЕСТВА имянного указа не может, и наистрожайше то запрещено. Ибо сие только ВАШЕ ВЕЛИЧЕСТВО власны зделать, а не сам Сенат. Для того и просют на все без изъятия неправыя решении сенатския ВАШЕ ВЕЛИЧЕСТВО о разсмотрении, а не Сенату на Сенат о том прозьбы приносют. Определил же он мне по оному делу разбираться в московском совесном суде, зная, что он меня от Москвы уже освободил. А паче в совесной суд меня против желания моего посылать меня не может в противность совеснаго суда должности статьям 387 и 400. Я же никому онаго дела в посредство верить кроме себя не могу, ибо, если посредник в совесном суде и без вины моей признает меня виноватою и печать приложит, то я уже всю правость мою навсегда потеряю. Тем оное прошение мое от меня господин Храповицкий не принел, распечатал оное письмо и увидел, какова существа моя прозьба есть и какая тут в деле моем зделана неправость и мне законопротивное происходило во всех местах утеснение. А потому он, защищая их, велел мне прошение мое переписать, но не велел мне прописывать всех тех обстоятельств, кои следуют к правости моей, а паче вовсе исключить о взятках фаворитами графа Александр Андреевича Безборотки, что я, однакож, зделала и письмо переписала и сколько раз для подачи онаго к нему приезжала, но он не сказывался мне дома, а потом приехала я к нему в четвертом часу ночи, чтоб его увидеть, но ушол от меня на заднее крыльцо и уехал со двора. А потом подавала я оное письмо Сойманову, но он не принел. Возможно ль, казалося бы, при такой добродетельной МОНАРХИНЕ и при таких правосуднейших узаконениях и будучи в таком важном и освященнейшем месте при должности императорскаго кабинета, где надлежит со всяким благоговением соблюдать, подражая милосердию ВАШЕМУ, самую справедливость в делах, а не так презрительно и утесненно с просителями в делах справедливых поступать, чтоб виновных защищать, а правых тем наказывать.