Сергей Киров. Несбывшаяся надежда вождя

Любопытное совпадение: «протоколы и какие-либо отчетные данные о заседаниях областного народного съезда во Владикавказе не сохранились» (эта сессия длилась с 9 по 15 марта)[123]. А судя по паспорту Коренева, отвечавшего за ведение стенограммы, владелец документа именно 11 марта 1918 года зарегистрировал свое проживание в доме № 42 по Сумской улице города Харькова… Все логично. Реальный Д.З. Коренев не занимался протоколами съезда, ибо отлучился из Владикавказа на Украину, имея при себе тот самый якобы кировский паспорт… К тому же и здравый смысл подсказывает. Не мог Киров носить при себе фальшивое удостоверение на имя настоящего человека, постоянно проживавшего в той же Терской области и часто встречавшегося с ним. Конечно, заимствовать фамилию соратника для разовой поездки в центр России в грозном восемнадцатом году Киров мог… с согласия Коренева. Но посмотрим на бланк Владикавказского общества потребителей оптовых закупок с отпечатанным командировочным удостоверением. На нём дата – 25 мая 1918 года. Очень странная дата. Как бы отреагировал на любой станции, в любом городе патруль или какой-нибудь начальник, предъяви им наш герой по пути в Москву такой «мандат»? С еще не наступившей датой! Не имеем ли мы дело с очередным кировским мифом, возникшим по чьему-то умыслу или недоразумению?..[124].

Киров покинул Владикавказ 16 мая 1918 года. Многих, с кем простился в тот день на вокзале, он уже никогда не увидит. 20 июня 1918 года у Апшеронских казарм погибнет Ной Буачидзе. Три выстрела в спину станут роковыми для председателя Терского СНК, пытавшегося успокоить толпу возбужденных казаков и красноармейцев. А ведь на его месте вполне мог оказаться наш герой, если бы не уехал в Москву…

Часть третья На фронтах Гражданской войны

1. Полпред Терского совнаркома

Итак, 29 мая 1918 года Киров с товарищами приехал в Москву. Очень любопытны два адреса, которые они посетили в тот день: Театральная площадь, дом 2 и Поварская улица, дом 52. В здании на Поварской располагался Народный комиссариат по национальным делам. Здесь Киров встретился с наркомом национальностей И.В. Сталиным. В преддверии отъезда в Царицын тот оказал представителям Терской области всю помощь, какую только мог: снабдил Кирова рекомендательным письмом в наркоматы военный и внутренних дел и… посоветовал владикавказцам остановиться во Втором Доме Советов, то есть в гостинице «Метрополь» на Театральной площади.

Рекомендация наркома национальностей оказалась не лишней. Нарком Л.Д. Троцкий 31 мая велел Военно-хозяйственному совету рассмотреть запрос Терского СНК, посчитав уместным сразу отпустить в качестве аванса пятнадцать миллионов рублей на жалованье и содержание красноармейцев в Терском крае. ВХС 5 июня 1918 года утвердил выдачу аванса и разослал в подчиненные структуры предписания о выделении Терскому областному народному совету необходимой амуниции: обмундирования и военных припасов. Разрешение прочих вопросов передали в СНК РСФСР, который запрос терских товарищей даже в повестку дня не вносил. Видимо, телеграмма Фигатнера сыграла свою роль[125].

Рекомендательное письмо И.В. Сталина в наркоматы по военным и внутренним делам, 29 мая 1918 г. [РГАСПИ]

Формированием эшелонов («транспортов») до Владикавказа занялся Оскар Лещинский, и к середине июля оба эшелона с вооружением и амуницией были готовы к отправке. На Кирова легла миссия главного казначея. Сохранилось много расписок за июнь – июль 1918 года в получении денег от него солдатами, рабочими, «сотрудниками по организации транспорта»[126]. Однако главная его задача будет состоять совсем в другом.

Марии Маркус 4 июня он написал: «Новостей здесь!.. Приеду, сделаю вам такой доклад, от которого закружится голова у всего Владикавказа. Боюсь только, что не скоро удастся вернуться в Владикавказ». И, похоже, Мироныч догадывался или даже знал, почему вернется не скоро…

В тот же день, 4 июня 1918 года, в Большом театре собрались члены ВЦИК, депутаты Моссовета, руководство профсоюзов, общероссийское и московское, делегаты от московских райсоветов и фабзавкомов всех крупных предприятий столицы. Ожидалось выступление Ленина по самому острому вопросу – продовольственному[127]. Ситуация в республике складывалась тревожная, надвигался голод.

Ответ Военно-хозяйственного совета военного наркомата РСФСР на запрос СНК Терской республики, 5 июня 1918 г. [РГАСПИ]

Предписание о выдаче Терской области со складов нужной военной амуниции, 5 июня 1918 г. [РГАСПИ]