Серго Орджоникидзе. Командарм советской промышленности

29 марта было намечено проведение очередного пленума ЦК. Иногородним членам ЦК, в том числе Орджоникидзе[421], 17 марта в 22:55 была разослана соответствующая циркулярная телеграмма со сроками и программой пленума. 19 марта Сталин шлет телеграмму Орджоникидзе: «Ваше и остальных цекистов присутствие на Пленуме обязательно»[422]. Присутствовал он и на вскоре созванном партийном съезде. Хотя на съезде Троцкому и Преображенскому дали возможность выступить, у большинства делегатов они не встретили поддержки. Съезд осудил платформу разгромленной ранее троцкистской оппозиции, определив ее как мелкобуржуазный уклон от марксизма, и подтвердил резолюции XIII партийной конференции «О партийном строительстве» и «Об итогах дискуссии».

«Новая оппозиция»

Сразу после XIII съезда РКП(б), состоявшегося в мае 1924 года, Сталин закрепил союз с «молодыми» членами Политбюро, вошедшими в его состав в 1922–1924 годах: Н. И. Бухариным, А. И. Рыковым и М. П. Томским, которые в этот период выступали против радикальных мер по отношению к крестьянству и противостояли Зиновьеву и Каменеву. Укрепляет Сталин и положение своих давних соратников. Дзержинский, Молотов, Куйбышев и Орджоникидзе становятся все более значимыми фигурами. Именно в этот период окончательно складывается «команда Сталина»[423].

Однако сам этот процесс шел не прямолинейно, первое время сохранялись позиции Зиновьева и Каменева в руководстве партии, особенно в условиях отчасти продолжавшегося противостояния Троцкому. Так, во время августовского 1924 года пленума ЦК состоялось совещание группы членов ЦК (Сталин, Бухарин, Рудзутак, Рыков, Томский, Калинин, Каменев, Зиновьев, Ворошилов, Микоян, Каганович, Орджоникидзе, Петровский, Куйбышев, Угланов и т. д.), которое образовало из своей среды неформальный орган — «семерку» в составе членов Политбюро (Бухарин, Зиновьев, Каменев, Рыков, Сталин, Томский, то есть весь состав, кроме Троцкого) и Куйбышева как председателя ЦКК и РКИ. На своих заседаниях «семерка» предварительно обсуждала все ключевые решения, которые потом рассматривало Политбюро или пленумы ЦК, например принятый «семеркой» проект резолюции пленума ЦК РКП(б) 24 октября 1924 года с жесткой критикой Троцкого за публикацию им статьи «Уроки Октября»[424].

Постепенно Троцкий был вытеснен на второстепенные посты председателя Главного концессионного комитета, начальника электротехнического управления и председателя научно-технического отдела ВСНХ, а влиятельная группа в партии, возглавляемая Зиновьевым и Каменевым, стала «загоняться в оппозицию». Место прежнего триумвирата Сталин — Зиновьев — Каменев постепенно занимает дуумвират, состоявший из Сталина и Бухарина. Их союзниками в борьбе против Зиновьева и Каменева стали М. П. Томский (с 1919 года занимавший пост председателя ВЦСПС) и А. И. Рыков (после смерти Ленина возглавивший СНК). Привлекал к политическим баталиям Сталин и Орджоникидзе, вызывая его из Закавказья на ключевые партийные пленумы. Характерна в этом отношении телеграмма Сталина от 3 января 1925 года в Тифлис, в которой он уточнял, будет ли Серго на пленуме, и указывал: «Приезд абсолютно необходим»[425].

Тем не менее процесс вытеснения из руководства страны Зиновьева и Каменева не был одномоментным. Так, в феврале 1925 года Сталин в письме к Орджоникидзе отмечал: «Мы думаем приять все меры к тому, чтобы единство семерки было сохранено во что бы то ни стало»[426]. Очевидно, что под единством «семерки» он имел в виду сохранение в ее составе Зиновьева и Каменева. Вместе с тем Сталин подчеркивал, что расслабляться нельзя. За многими событиями он видел возможные происки врагов. Так, после авиакатастрофы 22 марта 1925 года самолета «Юнкерс-13», в которой погибли видные партийные и советские деятели, 25 марта Сталин телеграфировал в Тифлис: «1. Говорят, что смерть Мясникова, Могилевского, Атарбегова не случайна, а подстроена по мотивам мести двум чекистам за расстрелы и Мясникову, как армянину. Надо обязательно расследовать, дело серьезное. 2. Нужно строжайше запретить ответработникам полеты»[427]. Позднее специальной комиссией было установлено (туда входили и представители фирмы «Юнкерс»), что авиакатастрофа произошла вследствие технической неисправности. Тем не менее позднее появились слухи о неслучайном характере авиакатастрофы. Первоначально слухи приписывали неким азербайджанским кругам, а позднее Л. П. Берии. Сам Орджоникидзе считал, что эта авария произошла по техническим причинам.

Первый секретарь Закавказского крайкома РКП(б) Г. К. Орджоникидзе (6-й слева) среди делегатовXIV конференции РКП(б). Слева направо стоят: 1 — первый секретарь ЦК КП(б) Азербайджана С. М. Киров, 4 — народный комиссар по военным и морским делам СССР М. В. Фрунзе, 7 — командующий войсками Московского военного округа К. Е. Ворошилов

Апрель 1925

[РГАСПИ. Ф. 85. Оп. 32. Д. 39]